– Нет, не убьют, – упрямо возразил Другар. – Ты должна мне поверить. Пока я был в другой цитадели, я кое-что узнал. Мы все ошибались, не понимали. Титаны спрашивали: “Где цитадель?”, и нам нужно было всего лишь ответить: “Здесь. Здесь цитадель. Заходите”.

– В самом деле? – спросила Алеата с надеждой, смешанной с сомнением. – Покажи мне. Отведи меня туда.

Другар нахмурился.

– Ты хочешь, чтобы твой брат погиб? – голос гнома стал суровым. – Скажи, ты хочешь спасти Роланда?

– Роланда, – тихо повторила Алеата упавшим голосом. – Я люблю его. Он такой… такой… – она вздохнула. – Он крикнул мне: “Беги!”, прыгнул и заслонил меня, спас мне жизнь…

– Нужно идти, – заторопил ее Другар. – Мы пойдем и посмотрим, что с ними случилось.

– Но нам нельзя выходить из лабиринта, – в голосе Алеаты послышались истеричные нотки. – Ксар там, за воротами. Он ждет нас. Я знаю, он…

– Может быть, он уже ушел, – сказал Другар и зашагал по тропинке к выходу. – Сейчас посмотрим.

Алеата проводила его взглядом. Она боялась последовать за ним, но еще больше боялась остаться одна. Подобрав подол своих порванных юбок, она поспешила за ним.

* * *

Ксар не смог войти в лабиринт. Сартанские руны перекрыли ему вход. Яростно ругаясь, он расхаживал перед входом, перебирая в уме вероятности. Он мог бы с помощью взрыва прорваться через живую изгородь, но ему, наверное, пришлось бы сжечь весь лабиринт целиком, чтобы найти в нем меншей. А от обугленных трупов ему мало пользы.

Терпение – вот что требуется от него сейчас. Эльфийка рано или поздно все равно выйдет. Она не может просидеть там всю жизнь. Жажда, голод выгонят ее оттуда. Остальные трое меншей надежно упрятаны в замурованной комнате. Можно ждать здесь сколько угодно.

Ксар расширил радиус слышимости, прислушался. Услышал, как она бежит, всхлипывая на ходу, как она упала. Потом уловил другой голос.

Ксар усмехнулся. Он был прав – она вывела его к гному. Он выслушал их разговор, почти не вслушиваясь в слова. Какая чушь! Гном явно пьян. Ксар расхохотался над предложением открыть ворота титанам. Менши оказались еще глупее, чем он думал.

– Я сам открою ворота, гном, – сказал Ксар. – Когда все вы будете мертвы. И тогда можешь идти любезничать с титанами!

Двое беглецов приближались к воротам садового лабиринта. Ксар обрадовался. Он не ожидал, что они появятся так скоро.

Он поспешил к ближайшему зданию и спрятался в тени. Из своего укрытия ему был хорошо виден вход в лабиринт, сам же он мог оставаться незамеченным. Нужно дать им отойти подальше от лабиринта, чтобы они не смогли снова укрыться в нем.

– Этих двух я убью прямо сейчас, – прикидывал он. – И на время оставлю их тела здесь. А когда будут умерщвлены остальные, я вернусь за трупами и начну готовиться к оживлению.

Ксар слышал тяжелое топанье гнома по дорожке, он приближался к выходу. Эльфийка была с ним. Звук ее шагов был гораздо тише, почти неуловимым. Но Ксар без труда мог слышать ее взволнованный шепот.

– Другар! Не выходи, прошу тебя! Я знаю, он там. Я точно знаю!

Неплохая у них интуиция, у этих эльфов. Ксар заставил себя терпеливо ждать и был вознагражден видом чернобородого лица гнома, высовывающегося из-за края живой изгороди. Через мгновение лицо исчезло, потом появилось снова.

Ксар старался не шелохнуться, он слился с тенью, в которой прятался.

Гном сделал осторожный шаг, держа руку на топоре, который носил у пояса.