Сбитый с толку Хаг озадаченно смотрел на Сианг.

Она помолчала.

– Ну как тебе это объяснить? Предположим, мой друг, что мы стоим в этой комнате и неожиданно целая банда врывается в дверь и нападает на нас. Что бы ты сделал?

Хаг виновато усмехнулся.

– Выпрыгнул бы в окно.

Сианг, улыбнувшись, положила руку на его локоть.

– Весьма разумно. Вот почему ты до сих пор жив. Но это, конечно, одна из возможностей. Здесь много оружия. Оно предоставляет тебе множество других возможностей. Ты можешь воспользоваться копьем, чтобы держать нападающих на расстоянии. Можешь выстрелить в гущу врагов эльфийскими взрывающимися стрелами. Можешь, наконец, плеснуть в них одним из этих изобретенных людьми снадобий. Можешь выбрать любой из этих вариантов.

При этом существуют еще и другие, мой друг. Несколько более необычные, но все это – возможности. К примеру, потолок мог бы внезапно обрушиться, передавив всех твоих врагов. Или их общий вес мог бы оказаться достаточным, чтобы они провалились сквозь пол. Дракон мог бы влететь в окно и сожрать их.

– Ну, уж это вряд ли! – невесело засмеялся Хаг.

– Но все же ты допускаешь, что это возможно?

– Все возможно.

– Почти все. Хотя, чем более невероятна возможность, тем больше усилий требуется, чтобы она произошла. Сартан обладает способностью заглядывать в будущее, анализировать возможности и выбирать ту, что больше всего его устраивает. Затем он как бы вызывает ее, заставляет стать реальной. Вот, мой друг, как случилось, что ты вернулся к жизни.

Хаг уже не смеялся.

– Значит, Альфред заглянул в будущее и обнаружил возможность…

– …Что ты выжил после нападения мага. Он выбрал именно ее, и ты вернулся к жизни.

– Но не означает ли это, что я вовсе не умирал?

– О, здесь мы углубляемся в запретное искусство некромантии. По словам мага, сартанам не позволялось им пользоваться…

– Да, Иридаль говорила мне что-то об этом. Якобы это одна из причин, почему Альфред отрицал, что применил ко мне свою магию. “За каждого безвременно возвращенного к жизни другой безвременно умирает”, – сказала она тогда. Может, именно из-за этого погиб ее сын, Бейн.

Сианг пожала плечами.

– Кто знает? Возможно, если бы Альфред был рядом, когда маг напал на тебя, сартан мог бы спасти тебе жизнь. И ты бы не был убит. Но получилось так, что ты был мертв. Этого уже нельзя было изменить. Сартанской магии неподвластно прошлое, она способна воздействовать только на будущее. Вчера ночью я провела много часов, размышляя об этом, изучая трактат мага, хотя он не потрудился рассмотреть в нем некромантию. Вероятно, потому, что тогда сартаны не прибегали к ней.

Мы знаем, что ты умер, прикоснулся к загробной жизни, – при этих словах лицо Сианг слегка исказилось. – Но сейчас ты жив. Представь себе ребенка, играющего в чехарду. Он начинает в определенной точке, перепрыгивает через спину стоящего перед ним товарища и оказывается в следующей точке. Альфред был не в силах изменить тот факт, что ты умер. Но он мог, так сказать, перескочить через него. Двигаясь от прошлого – вперед, к будущему…

– И бросил меня застрявшим посередине!

– Да. Именно так, полагаю, все и произошло. Ты не мертв. Однако и не жив в полном смысле слова. Хаг пристально посмотрел на нее.

– Не хочу тебя обидеть, Сианг, но и не могу согласиться с твоим объяснением. Я не в состоянии это понять.

Сианг покачала готовой.

– Я, возможно, тоже.