— Тебя как зовут?

В голосе послышались дружелюбные нотки, и до Эркки донесся вялый шлепок, словно кожа на барабане провисла. Не ответив, Эркки продолжал шагать. Парень, похоже, перестал злиться, но точно никогда не знаешь… Из темноты на него смотрел Нестор — он сидел на корточках, а в глазах мерцал синеватый отблеск.

— Ты чего, свалить решил?! — обиженно фыркнув, выкрикнул парень сзади. — Ты, видать, и правда глухой, если не отвечаешь. А может, ты иностранец? А что, ты похож на татарина. Или на цыгана… Хотя это, наверное, одно и то же. Да отвечай же, черт тебя дери!

Поперек тропинки лежала громадная осина, и Эркки резко свернул влево, продираясь сквозь бурелом и раздвигая ветки. Его спутнику пришлось труднее — одной рукой он придерживал сумку, а в другой сжимал пистолет. И даже не догадался, что можно просунуть руки сквозь лямки и тащить сумку на спине как рюкзак. Вернувшись на тропинку, они увидели впереди просвет.

— Если уж ты такой скромняга, начнем с меня. — Грабитель остановился у Эркки за спиной. — Меня зовут Морган.

Эркки вслушался: парень так отчетливо проговорил это слово, будто всю жизнь мечтал о подобном имени. И вряд ли это его настоящее имя. Нестор забулькал — такой звук бывает, когда разливаешь по бокалам безумно дорогое вино. Да уж, про Нестора всякое можно сказать, но стиль у него есть — этого не отнимешь. Эркки невозмутимо двигался вперед, слыша, как тот, кому хотелось называться Морганом, кричит ему вслед:

— Перерыв! Нам некуда спешить!

Эркки не останавливался.

— Да стой же, а то выстрелю!

«Иди. Он не станет стрелять».

Эркки обернулся. Увидев его лицо, Морган подумал о гранитных изваяниях: ни улыбки, ни движения, выражение было совершенно безжизненным. Он даже бровью не повел. Моргану вдруг стало неуютно: этот молчаливый парень, похожий на каменного робота, кто он вообще такой?

— Стой там, вон у того холмика! Отдохнем чуть-чуть!

«Делай, как он скажет. Болезнь, смерть и убожество». Тонкие губы Нестора зашевелились, и Эркки повиновался и направился к серому холмику метрах в двадцати от дороги. Морган устал. Несмотря на пистолет, ситуация выходила из-под контроля. Его распирала злоба.

— Ты уж прости, но походка у тебя прямо-таки бабская!

Эркки замер. «Не дразни крокодила, пока не переплыл реку», — подумалось ему.

Сейер изумленно посмотрел на Гурвина:

— Что ты сказал?!

— Я могу и повторить. Но тебе не послышалось.

— То есть сбежавший из психиатрической лечебницы пациент, которого мы разыскиваем в связи с убийством Халдис Хорн, и заложник — один и тот же человек?

Гурвин рубанул рукой:

— Уверен, так оно и есть. И грабителя ждет сюрприз.

Сейер посмотрел в окно — ему хотелось убедиться, что мир за окном такой же, как и прежде. Какое странное у них на руках дело… Он перевел взгляд на Гурвина:

— Он опасен?

— Точно сказать нельзя.

— И когда он сбежал?

— Позавчера ночью, вылез в окно.

Сейер опять включил запись и остановил пленку, когда в кадре появилась фигура заложника.

— А мне показалось, что это девушка… — пробормотал он.

— Не удивительно, — сказал Гурвин, — у него такая осанка… и походка женская… И еще длинные волосы…

— Он давно заболел?

— Сколько я его помню — он всегда таким был.

— У него шизофрения?

— Да, предположительно.