– Моим родным нравились сибирские ландшафты и люди, живущие здесь, Мария и Фриц, мои прабабушка и прадедушка, даже всерьёз подумывали вернуться сюда жить, – рассказывает Вера. – Мне тоже нравятся ваши ландшафты и ваши люди, – добавляет она. – Я каждый день гуляла по Петропавловску, по парку, а вчера даже танцевала в парке под хорошую музыку! На площади смотрела концерт, слушала и смотрела выступление певицы Рымбаевой и КАКОГО-ТО ансамбля «Самоцветы»(!).

Мы с корреспондентом Сашей Кондратовой взяли её электронный и почтовый адреса, и пообещали помочь – порыться в архивах, если получится. На том тепло простились. Переводчика – славного молодого парня Алексея – Вера попросила пойти с ней в гостиницу, чтобы с его помощью разрулить какие-то проблемы, кому-то позвонить… Позже я узнаю, что они умудрятся даже съездить в этот же день в пресловутый Петерфельд, благо это село находится недалеко от города. Поскольку там раньше жили исключительно немцы, оно должно было понравиться Вере – красивое, ухоженное село!

В тот же день Вера улетала из Омска в Москву. В России она бывала уже не один раз. Так что пока в Европе и Москве в это лето бушевали ураганы и лили дожди, пока в родном её Гамбурге проходила «двадцатка», сопровождаемая погромами антиглобалистов, самая холодная часть планеты Земля Сибирь, которой пугают всех на Западе, запомнится Вере прекрасной, тёплой, солнечной погодой, и… хорошими людьми. Такой, какой помнили её предки…

А в местной газете «Добрый вечер» появился материал о Вере Стади, написанный не любителем, как этот рассказ, а настоящим профессионалом!

КАК МНОГО В ЭТОМ ЗВУКЕ…

 Моя Москва

«Молод человек – молоды и думки»

(русск. пог.)

У каждого – своя Москва. Я вам расскажу о моей. Моя Москва молодая, ей всего пятьдесят лет, ведь когда мы с ней познакомились, мне только что исполнилось двадцать… Воображение давно рисовало мне другие города, горы, море, пальмы, необыкновенных людей. Пора было их увидеть! Я купила путёвку на Кавказ, моя дорога лежала через Москву. Столица тоже входила в мои планы, ведь я могла поехать и другой дорогой.

Один день в столице, и какой день – седьмое ноября 1967 года! Страна широко отмечала полувековой юбилей Советской Власти! Станции метро и улицы перекрыты, мне удалось добраться только до площади Маяковского. Здесь я и наблюдала за колоннами танков, артиллерии, эскадрильями самолётов, шеренгами военных и моряков, учащихся суворовских и иных училищ, представителями гражданских организаций. Встроиться в их ряды не представлялось возможным, но не могу же я уехать, не повидав Красной площади!

Только поздно вечером попала я туда. Великолепный салют, толпы москвичей, иностранцев и гостей столицы фланировали по исторической брусчатке. Прямо до потемневшего неба, на котором не было видно звёзд, вздымались былинные стены древнего Кремля. Зато на его башнях сияли другие, рукотворные звёзды – рубиновые!

Вот Собор Василия Блаженного… Я кое-что знаю про историю его строительства, помню стихи:

И спросил Государь:

«А можете ль сделать пригожей,

Благолепнее этого храма,

Другой, говорю?»

И тряхнув волосами ответили зодчие:

«Можем, прикажи, государь!» —

И ударились в ноги царю.

И тогда Государь приказал ослепить этих зодчих!

Чтобы церковь стояла одна такова,

Чтобы в Суздальских землях, и в землях Рязанских и прочих,

Не поставили б лучшего храма, чем Храм Покрова! ЗДЕСЬ венчали царей, ЗДЕСЬ вершилась ИСТОРИЯ! Вот памятник гражданам Минину и Пожарскому, я знаю и про их подвиг – учили в школе.