Тиеля толкает назад. Сенсоры его доспеха на секунду слепнут, выдавая ему всплеск помех и треска.

Он пытается прикрепиться к корпусу, заново пристыковаться.

Свечение от взрыва меркнет. Он быстро оценивает ход сражения. Насколько ему видно, он потерял двоих, однако силы Несущих Слово были разбиты. Повсюду вокруг него плавают изломанные тела, окруженные морем подрагивающих несимметричных кровавых капель. И при этом никаких признаков других истребительных команд.

Тиель перелетает к громоздким режущим головкам. Это огромные приспособления, каждое крупнее «Носорога», которые выдвинуты изнутри вражеского крейсера на гигантских суставчатых серворуках. Тиель подает сигнал Бормару — одному из тех, кого назначили нести магнитные мины. Они начинают прикреплять их к первой режущей головке. Тиель оставляет Бормара трудиться и взлетает с серворуки на управляющую платформу, которая установлена на середине пути наверх. Если он сможет втянуть механизм внутрь вражеского корабля…

Словно дождь комет, вокруг него падает буря массореактивных зарядов. Некоторые попадают в плафторму и поручни, разрываясь яркими вспышками. Ливень огня колоссален. Там, где относительно него находится низ, гибнет полдюжины его людей. Рядом с телами в красной броне начинают плавать тела в синей. Все поблескивающие и подрагивающие кровавые бусины одного цвета.

Он смотрит «вверх».

Атака его истребительной команды не осталась незамеченной. Из открытых грузовых люков крейсера совершают выход основные силы Несущих Слово. Они появляются, стреляя. Их пустотные ранцы полыхают.

Тиель и его люди уступают в численности в восемь раз.

Олл Перссон делает шаг с ялика на платформу. При нем его лазерная винтовка.

Резкое движение загрубевшего большого пальца правой руки отщелкивает предохранитель и приводит ружье в боевую готовность. Олл даже не смотрит на оружие. Он глядит прямо перед собой, вглубь платформы, на собравшиеся там фигуры. На лице мрачное выражение. От этого черты становятся жестче. Хмурясь, он щурится так, словно вышло солнце, и оно чересчур яркое.

Он не колеблется. Шаг, другой, затем он переходит на трусцу, а потом бежит, бежит прямо по платформе, вскидывая готовую винтовку к плечу, прижимая ее к щеке и целясь на бегу.

Первый выстрел. В брата ножа, в позвоночник между лопаток, как раз прежде, чем тот успевает ударить кричащего Кранка в шею. Второй и третий выстрелы. В брата ножа, в лицо, в человека, который прижимает Кранка к земле. Четвертый выстрел. В брата ножа, в нижнюю челюсть, когда он оборачивается, сбивает его в воду. Пятый, шестой и седьмой выстрелы. В двух братьев ножа, которые разворачиваются с винтовками, кучная тройка пробивает обоих насквозь.

Еще двое начинают палить в ответ вдоль посадочной площадки.

Восьмой выстрел. В одного из стрелков, ранит его. Девятый выстрел. Убивает его. Десятый выстрел. В другого стрелка, в верхнюю часть головы.

Одиннадцатый выстрел. Осечка. Магазин пуст. Сегодня он много стрелял. Вынимает его, продолжая бежать по платформе, с глухим звуком роняет пустую ячейку на мостки. Загоняет на место свежую.

Он добирается до них, он среди них. Ближний бой. Олл проводит блок и вгоняет приклад ружья в лицо. Траншейный стиль боя, как их учили столько лет тому назад в грязи снаружи… Верден? Эх, штык бы! Придется справляться голым дулом. Оно раскалывает лоб.

Пинок ногой вбок ломает лодыжку, еще один удар приклада дробит скулу. Он блокирует укол ножом при помощи винтовки, как дубинкой, отводя его в сторону. Снова стреляет. В упор. Сквозь грудину. Из спины брызжет кровь.

Темноту разрывают проходящие мимо лазеры. Он не уклоняется. Четверо братьев ножа карабкаются через перила на краю пристани, чтобы присоединиться к схватке.