— Я рада, что их судьба волнует тебя так же сильно, как и меня! — воскликнула она, растроганная до слез. — Ты даже не представляешь, как я счастлива, что встретила тебя! — Брианна стала целовать его, приговаривая: — И ты тоже будешь счастлив, у тебя все наладится.

Купер крепко прижал ее к себе:

— Продолжай! Мне так приятно тебя слушать.

— Это сиденье кажется мне таким пружинистым и удобным, — многозначительно произнесла Брианна и укусила его за мочку уха.

Купер напрягся, кашлянул и набрал на телефоне 911. Брианна удовлетворенно улыбнулась, очень довольная взбадривающим эффектом, произведенным ее словами.

— Так вот, — продолжала она, пока он ждал ответа, — в связи с этим у меня возникла идея… Мороз не такой уж и…

— Стоп! Принцесса, я люблю тебя, но не хочу рисковать своим любимцем. Он обоим нам еще пригодится… Алло! — Поговорив с диспетчером службы спасения, он выключил аппарат и с облегчением сказал: — Работы у них сейчас под завязку, людей не хватает, поэтому экстренную помощь оказывают избирательно. Если бы не старина Эдвард, нам бы пришлось еще долго ее ждать. Этот негодяй сделал нам любезность, соизволив умереть, надо отдать ему должное. Бригада скоро прибудет. Поэтому мы с легким сердцем можем выкопать из снега Патрика и вернуться в пансионат. Надо успеть проинструктировать всех до прибытия полиции. Это запутанное дело будет не так-то просто уладить…

Потрясенная фразой, произнесенной им до того, как он стал разговаривать по телефону с диспетчером службы спасения, Брианна спросила, с трудом выговаривая слова:

— Ты меня любишь, Купер?

— Люблю, — машинально ответил он, обдумывая план своих дальнейших действий. Но, почувствовав ее пристальный взгляд, встряхнул головой, улыбнулся, пригладил ей волосы и добавил, надев ей па голову защитный шлем: — Держись за меня крепче!

Словно во сне Брианна уселась у него за спиной и обняла его за талию, готовая ехать с ним куда угодно.

— Ты готова? — спросил он, прежде чем тронуться с места.

Но она ему не ответила, с мечтательной улыбкой осмысливая задушевный разговор, состоявшийся между ними на вершине заснеженного холма. Еще ни один мужчина не выражал готовности не только смириться с ее крохотными недостатками, но и предоставить в ее полное распоряжение свой гардероб, счет в банке и даже любимый орган, о котором он отныне обещал заботиться особенно и не рисковать им без крайней необходимости. Ну разве такого можно не полюбить?

— Брианна? — окликнул ее Купер, обернувшись. — Ты готова или нет? Надо ехать!

— Честно говоря, Купер, я уже почти приехала, — пролепетала она, ерзая на сиденье.

Пока они откапывали Патрика и добирались до пансионата, прошло два часа. Все оставшиеся дома уже собрались в вестибюле и с нетерпением ожидали новостей.

Угадав в глазах Ларианы главный вопрос — удалось ли им дозвониться в полицию, Патрик молча кивнул, и она отрешенно промолвила:

— Значит, кого-то из нас отправят в тюрьму.

Данте перенес это известие стоически, но Шелли разрыдалась, закрыв лицо фартуком. Он обнял ее за плечи и стал успокаивать, поглаживая по голове и убеждая, что все обойдется.

— Нет, Данте! — воскликнула она, отталкивая его. — На этот раз не обойдется. — И, повернувшись к нему спиной, выбежала из вестибюля.

Брианна кинулась следом, остальные тоже побрели в гостиную, обуреваемые тяжелыми предчувствиями. Возле растопленного камина, уставившись на пламя бессмысленным взглядом, сидела Стейси.

— Отодвинься от огня подальше! — велела ей Шелли.