— И твои записи систематизированы, в них все разложено по полочкам, как в мозгах бухгалтера.

— В таком случае почему я не засиживаюсь подолгу на одном месте? Признаться, я уже сменила множество компаний. Где логика? Может быть, у меня какие-то отклонения?

— Ерунда! В частой смене работы нет ничего страшного. Главное, что ты работаешь по специальности и вполне собой довольна. Просто тебе нравится менять окружение.

— Ты это серьезно? — спросила Брианна, с легким удивлением вглядываясь в темноте в его лицо.

— Разумеется! — Купер постарался пододвинуться к ней поближе и получше рассмотреть ее глаза: на мгновение ему показалось, что в них сверкнули слезы. — Брианна?

— Я устала, — прошептала она и повернулась к нему спиной. — Спокойной ночи, — добавила Брианна, сворачиваясь калачиком.

— Спокойной ночи, — глухо промолвил Купер, обескураженный резкой переменой ее настроения. Впрочем, все женщины так устроены, нечему удивляться, подумал он, закрывая глаза.

Сон уже почти сморил его, когда она прошептала:

— Ты спишь, Купер?

— Еще нет, но засыпаю, — сиплым голосом отозвался он.

— Я тебе очень благодарна, — сказала она, удивив его.

«За что же?», — подумал он, открывая глаза. И что будет теперь? Может быть, она перекатится на его половину кровати и обовьет его руками и ногами? При одной только мысли о таком повороте сюжета у него началась мощная эрекция.

— Чем же я заслужил твою благодарность? — поинтересовался он на всякий случай, поглаживая свою мужскую гордость рукой под одеялом.

— За то, что ты бесстрашно бросился в погоню за напугавшим меня домовым. С тобой я чувствую себя защищенной. И еще — в этой постели мне уютно и тепло, за что отдельное спасибо.

— Пустяки, не стоит благодарности, — пробурчал Купер, морщась от боли в мошонке. Ему хотелось услышать от нее и другие, более интимные слова, но Брианна умолкла и вскоре тихонько засопела во сне, оставив его в легком недоумении. Прошло еще немало времени, прежде чем Купер погрузился в тревожное забытье.

Ему приснился чудесный сон, такой прекрасный, что не хотелось пробуждаться. На кровати с пуховой периной, позолоченной закатным солнцем, в его объятиях нежилась женщина его мечты. Облаченная в легчайшие одежды, она приняла настолько соблазнительную позу, что он не справился с эмоциями и овладел ею — самозабвенно, страстно, мощно. Шумно втягивая ноздрями жаркий воздух, Купер сжал ее лицо ладонями, чтобы запечатлеть на трепещущих губах алчный поцелуй. Она застонала, и он запустил пальцы в ее шелковистые волосы.

Она прижалась к нему всем телом и раскрыла рот. Купер глубоко проник в него языком и сладострастно застонал, когда она пылко ответила ему. Ее ладонь легла ему на грудь, согнутые в коленях ноги обхватили его торс. Он устроился между ними поудобнее. Она с легким постаныванием изогнулась под ним дугой. По телу Купера пробежала дрожь, эрекция была просто фантастической. Таким твердым и огромным он еще никогда не был. Возлюбленная томно промолвила:

— Как мне сладко, милый! — И прижалась полными грудями с твердыми сосками к его груди.

Купер зарычал, почувствовав, как ее пальчики сомкнулись на его мошонке. Рука его непроизвольно скользнула по ее бедру и стиснула аппетитную ягодицу.

Возлюбленная застонала, ерзая по кровати, и сжала рукой головку его любовного орудия.

Купер сжал ее божественную задницу обеими руками и, поднатужившись, попытался проникнуть в тесный заветный тоннель. Однако проход туда оказался слишком узким.

Возлюбленная закинула ноги ему на плечи.