Несса заговорила о любви Алерии и молодого рыцаря; Алерия была уверена, что ее одобрят, но неожиданно ей представили совсем другого поклонника. Поклонника, который не проявляет к ней ни капли симпатии. Который слишком холоден, чтобы проявлять заботу о хрупкой Алерии. Закончив свой рассказ, Несса посмотрела королеве в глаза и сказала:

— Я всю ночь не спала, искала способы, как освободить Алерию. Я от души молилась, чтобы Бог вдохновил меня в моих поисках, и убедилась, что должна рассказать обо всем вам. Пожалуйста, помогите Алерии.

Именно эту просьбу королева и ожидала услышать. Она мысленно улыбнулась и торжественно кивнула в знак того, что принимает мольбу о помощи. Элеонора отсылала Нессу в аббатство, чтобы скрыть свое одобрение этого брака. Но после отъезда Нессы Алерия не разразилась криком, как бывало раньше, а тихо ускользнула в свою комнату и там рыдала, оплакивая судьбу. И тогда Элеонора поняла, что все гораздо серьезнее, чем она ожидала — поэтому и выполнила просьбу Алерии, вернув Нессу из аббатства. Теперь же, зная, что отчаяние Алерии имеет достойную причину, она сумеет все изменить — если как следует подумает, то, может быть, даже устроит так, что сбудутся мечты обеих сестер.

Королева встала и принялась медленно расхаживать по комнате — мимо зеркала к окну и обратно. Несмотря на все жизненные тяготы и треволнения, в душе она по-прежнему оставалась романтически настроенной молодой дамой, и это в значительной степени смягчало ее характер. Рассказ об истинной любви, оказавшейся в опасности, вернул ее к тем временам, когда она была «королевой» рыцарского турнира и менестрели пели о потерянной и вновь обретенной любви.

Остановившись у окна, Элеонора какое-то время стояла в глубокой задумчивости, и постепенно теплая улыбка, игравшая на ее губах, превращалась в циничную усмешку. Что ж, она сможет помочь, она может не только утешить юные сердца, но и отомстить мужу — вернуть Генриху удар копьем! Чтобы досадить ей, супруг, давно ставший врагом, подослал сурового графа, дабы тот заявил права на ее любимую приемную дочь. Вот уж она повеселится, отразив этот удар!

Несса не сводила глаз с молчащей королевы, мысли которой означали либо успех, либо крах надежд Алерии. Элеонора наконец кивнула вызывающе — словно невидимый враг вдруг промелькнул перед окном, — и блеснула золотая диадема, украшавшая ее головной убор. Несса понятия не имела, какой план измыслила королева, но у нее в груди что-то сжалось. Тут королева решительно прошагала к двери и кликнула слуг. Она подбодрила девушку взглядом, но не сказала ни слова. Слуги тотчас забегали, одни кинулись за Алерией, другим Элеонора давала какие-то указания.

Hecca в растерянности наблюдала за происходящим. Но что же задумала королева? Богатое воображение рисовало самые ужасные последствия. Граф, конечно же, разозлится. А вдруг он призовет короля и тот обрушит свой гнев на их головы?!

За спинами слуг, вносивших завтрак, который Элеонора приказала подать в ее комнату, показалась Алерия — еще не проснувшаяся, со спутанными волосами. Она с недоумением смотрела то на королеву, то на сестру.

— Садись, Алерия. Поешь с нами. А потом я расскажу вам обеим, что я придумала. — Весьма довольная собой, Элеонора пригасила смех, сверкнувший в глазах.

Тут Алерия наконец-то поняла: королева непременно ей поможет. Она бросила на сестру вопросительный взгляд, и Несса молча кивнула. Алерия сразу же приободрилась и, усевшись за стол, протянула руку к блюду.

В душе Нессы по-прежнему не утихала тревога; она смотрела на стоявшие перед ней кушанья, но не могла проглотить ни кусочка — взяла только яблоко, все еще хрустящее даже после нескольких месяцев хранения. И тут она вдруг вспомнила о Сибилле, которую аббатиса Бертильда отправила с ней по ее просьбе.