Чувствуя себя осужденной, как будто она стояла перед самим святым Петром, Несса набралась сил встретить отказ с таким же мужеством, с каким первые христиане Рима выходили на арену со львами. И не важно, что они не были виновны и не заслуживали наказания, а она принимала участие в обмане, что и привело ее на казнь. Не важно, что она виновна, — она должна мужественно встретить то, что ее ждет. Несса подняла голову и сжала губы.

Пока подходили остальные, заполняя маленький дворик, Гаррик держал руку невесты и чувствовал, как она борется с собой, набираясь мужества. Он легонько сжал ее холодные пальцы, и она повернула к нему лицо, обрамленное кудрями. Граф ободряюще улыбнулся, и Несса от неожиданности улыбнулась в ответ; ее улыбка была ослепительной и нежной, а возле рта появились ямочки, которых Гаррик никогда раньше не видел.

Очарованный, граф едва слушал, что говорил епископ, приступивший к обряду на пороге часовни — так часто делалось. Что ж, если он решил жениться, то теперь поздно отступать, придется смириться. Осознав это, Гаррик решил отбросить все сомнения и установить хорошие отношения с женой — так было бы лучше для них обоих.

Несса в конце концов решила, что граф не накажет ее прямо сейчас, — и к ней тут же вернулась уверенность, утраченная, казалось, навсегда. Она не отвела глаза, когда по подсказке епископа они обменялись обетами. Она знала, что Гаррик не доверяет ей, но он, похоже, не собирался держать ее отверженной в своем доме. Это было огромным облегчением, и Несса мысленно возблагодарила Бога.

Элеонора находилась в первом ряду зрителей; она пристально смотрела на пару, стоявшую в дверях в обрамлении цветочной гирлянды. Почерневшие стены убогой часовни, казалось, исчезли, остались только солнечный свет и голубое небо.

Наконец епископ перекрестил и благословил новобрачных, затем пригласил всех на мессу. Он занял место у алтаря и с благодушным видом сложил руки на толстом животе.

Едва касаясь руки мужа, Несса проследовала к почетному месту на ближайшей к алтарю скамье. Позади разместились гости, наименее же важные из них остались стоять неподалеку от входа.

Нессе вдруг почудилось, что от Ледяного Воина исходит нестерпимый жар, и, чтобы не казаться влюбленной дурочкой, она стала посматривать по сторонам. Когда венчались Алерия и избранный ею мужчина, в часовне было темно. Здесь даже сейчас, днем, когда в окно проникал свет, было бы темно, если бы не множество свечей, вызолотивших каждый уголок. К тому же свечи были восковые, а не сальные — они не заглушали аромат огромных букетов из лилий и диких роз.

Очень скоро она смогла бы описать каждую мелочь в часовне; епископ же по-прежнему что-то говорил — говорил так монотонно, что даже при хорошем знании латыни Несса не могла уследить за молитвой. Несмотря на самые благочестивые намерения, несмотря на протесты сознания, она с некоторым недоверием смотрела на незнакомца, которому только что вручила свою жизнь.

Ей вдруг вспомнился тот день, когда она пришла в сад молиться, чтобы Бог указал ей верный путь, и вскоре появился «дьявольски красивый» граф. Гаррик не сам ее выбрал, он стал ответом на ее молитву! Однако совесть не позволила ей обманываться; Несса признала, что являлась соучастницей заговора, который и привел ее на этот обряд. Но ведь в книгах говорится: «Все складывается хорошо у тех, кто любит Бога». И она сказала себе: «Господь принял мою грешную хитрость и обратил ее в добро — по крайней мере в добро для меня, но я все сделаю, чтобы наш брак стал добром и для него». Да, она приложит все усилия, чтобы быть достойной любви Бога, она все сделает для того, чтобы облегчить жизненный путь мужа, и будет непрестанно благодарить Господа.

Свет из высоко расположенного окна падал на статую святого Стефана.