Она опять улыбнулась, и у него дрогнуло сердце. Тамара могла творить с ним такое с самого начала, с самой первой встречи, состоявшейся через час после того, как она познакомилась с Ричардом. Вот такое невезение…

Нужно было поразить ее прямо тогда, чтобы она смотрела только на него, а он подавил свои эмоции и не утащил ее подальше от Рича.

Ни Тамара, ни Ричард не должны были догадываться, что Этан мечтает о женщине, недоступной для него. Он был в этом убежден. Однако соблюдение дистанции — теперь дело прошлое, а предстоящие семь дней представлялись ему поистине захватывающими.

— Поверьте, ваша репутация в безопасности, — заметила Тамара. — Не сомневаюсь, что все эти богатые наследницы, плоскогрудые модели и прочие вертушки, с которыми вы встречаетесь, прекрасно знают, что скучающие старые вдовы им не соперницы.

— Вы не скучающая и уж совсем не старая.

Появившаяся на ее губах улыбка исчезла.

— Да. Но тем не менее вдова.

Этану тяжело было видеть, что Тамара до сих пор не пришла в себя после смерти Ричарда. Он с сочувствием наблюдал, сколько сил она тратит, чтобы наладить свою жизнь. И — нет ему прощения — радовался, что Тамара теперь одна.

Неужели он такой бессердечный? Может быть. Но жизнь научила Этана быть реалистом, а потому он никогда не лгал — ни себе, ни другим. Если, конечно, не считать того, что долгие годы он скрывал свое увлечение Тамара.

— Может, пора покончить с трауром? — осторожно поинтересовался Этан.

Он думал, что молодая женщина одарит его таким же презрительным взглядом, как после нечаянного поцелуя, но она только наклонила голову и внимательно посмотрела на него:

— Вы всегда так прямолинейны?

— Всегда.

— Значит, правильно поймете, если я скажу, что вы мне мешаете, поскольку вторглись без приглашения в мое путешествие.

Этан не без труда прикрыл огорчение усмешкой:

— Все-таки «вторгся без приглашения» — это несколько грубо. Я же говорил, у меня здесь дело.

И еле расслышал ее бормотание:

— Бессмысленное дело.

Переступая с ноги на ногу, Тамара теребила ремень сумочки. Пальцы срывались с кожаной пряжки.

Этан с трудом сдерживался. Тамара Рейн должна принадлежать ему. Но сначала надо добиться, чтобы она смотрела на него как на мужчину, а не как на муху в своем супе.

С его обаянием да при небольшом везении он наверняка добьется успеха. Особенно если вспомнить первый поцелуй. Ведь тот поцелуй обещал очень много…

— Вы уже не расстраиваетесь из-за того поцелуя?

— Нет, он забыт, — быстро проговорила Тамара.

Появившийся на лице румянец тут же предательски изобличил ее. Однако Этан не собирался форсировать события. Он и так слишком быстро получил разрешение присоединиться к ней. Глупо желать большего в первый день.

Этан сдержал торжествующую ухмылку. В момент поцелуя он был готов потерять голову. Стремление к Тамара толкало его на странные поступки. Вот, например, он взял отпуск, что делал крайне редко, и последовал за ней.

— Ах, забыт… Хорошо, давайте затолкаем это в самый дальний уголок памяти и двинемся дальше, хорошо?

К его ужасу, в глазах Тамара появилась боль. От этого Этану тоже стало так больно, будто в живот угодила пуля. Не раздумывая, он обнял ее:

— Черт, извините, Там. Я не должен был говорить о памяти.

Он почувствовал, как она напряглась. Ее ладони уперлись ему в грудь, и тело Этана немедленно на это отреагировало. Желание охватило его.

Этан погладил женщину по волосам, густым и темным, как расплавленная патока. Его так и подмывало зарыться пальцами в эти волосы. Еле-еле сдержался. Он готов был держать ее в объятиях всю долгую-долгую ночь.