Элла усмехнулась:

— Да уж. Чтобы попасть в список приглашенных к Шорам, нужно в этот их фонд поддержки искусства вкладывать не меньше пяти или десяти тысяч долларов в год.

— Лично я жертвую в фонд питания и жилья для бездомных, — заметила Энни. — Полагаю, что только самые богатые люди могут позволить себе поддерживать искусство.

Рафаэла подняла свои тонко нарисованные карандашом брови.

— У меня есть для тебя новости, миссис Энни Рейн. Ты сейчас находишься в числе самых богатых жителей Сиэтла.

Энни почувствовала сильное огорчение. Невозможно было объяснить, что она еще не рассматривает свое положение в качестве миссис Рейн как постоянное.

— По-моему, я еще не привыкла к тому, что я замужем за Оливером, — пробормотала она.

— Какая странная вещь! — Рафаэла направилась к двери. — Я уверена, что привыкла бы очень быстро, если бы вышла замуж за кого-нибудь столь же богатого, как Рейн. С другой стороны, возможно, это и не обеспечило бы мне приглашения на бенефис Шоров, правда? Все знают, что Пол Шор и Оливер Рейн давно не разговаривают.

Дверь с шумом захлопнулась за Рафаэлей. Энни смотрела, как она удаляется по улице, и думала, что скажут люди сегодня вечером, увидев Карсона Шора и Вэлери Рейн вместе на бенефисе.

Оливер, например, точно придет в ярость. Он, несомненно, будет рассматривать поступок Вэлери как предательство по отношению к семье.

Через два часа Элла собралась пойти на обед.

— Увидимся через полчаса, Энни.

— Хорошо. — Энни подождала, пока не закрылась дверь, и только тогда вытащила свою сумку из ящика.

Она все утро думала о дискете. Ее воображение продолжало усиленно работать, выдавая сложные и устрашающие причины, руководствуясь которыми ее брат мог оставить дискету в ящике письменного стола.

Она достала маленькую квадратную дискету из сумки и перечитала надпись на этикетке: «…отдайте Оливеру Рейну. Он будет знать, как это использовать».

Энни почувствовала настоятельную необходимость спрятать дискету не в сумке, а где-нибудь в более безопасном месте. Сумки в центре Сиэтла постоянно выхватывают из рук. Несколько месяцев назад ей самой пришлось вступить в короткую схватку с одним парнем. Лишь крепко вцепившись в сумку, Энни удалось ее отстоять, но она чуть было не лишилась своей вещи.

Обежав глазами магазин, Энни остановила взгляд на лакированном слоне. Она вспомнила, что в основании слона есть потайной ящичек. Превосходное место, где дискета может находиться до конца дня в целости и сохранности. Вечером, закрывая «Безумные мечты», она достанет ее и заберет домой, чтобы показать Оливеру.

Энни поспешила через весь зал и нажала один из алых ногтей на ноге лакированного слона. Секретный ящичек раскрылся, и дискета легко вошла внутрь. Женщина осторожно закрыла ящичек, почувствовав облегчение от того, что дискета была в безопасности.

В половине пятого Энни позвонила дизайнер, работающая над оформлением интерьера галереи на площади Первооткрывателей Запада.

— Ты не могла бы заглянуть сюда, Энни? Мне представляется, здесь нужен завершающий штрих из твоего магазина. Галерея находится всего в трех кварталах от тебя. Я тебя встречу в вестибюле.

Энни взглянула на часы.

— Хорошо, я буду через десять минут. — Повесив трубку, она посмотрела на Эллу:

— Если я не вернусь к половине шестого, закроешь магазин.

— Есть, босс.

Но Энни сильно задержалась у дизайнера: появился заказчик и принял активное участие в процессе обсуждения. Когда она вернулась в «Безумные мечты», было уже около шести часов.