Затем занялся магическим ядром — оно пульсировало нестабильно, грозя в любой момент выплеснуть накопленную силу. Пришлось выстраивать сложную систему энергетических отводов, чтобы равномерно распределить нагрузку.

Краем глаза я заметил, как у Ефима глаза становятся всё шире и шире. Еще бы — операции такого уровня обычно проводит целая бригада опытных целителей, а не первокурсник в одиночку.

— В желудке обнаружил следы какой-то дряни, — я продолжил, словно не замечая реакции окружающих. — Артефакт, создающий вокруг ядра защитный кокон. По сути — магическая заглушка, которая не решала проблему, а только маскировала её, попутно отравляя организм. После этого мы поговорили, и София рассказала про пилюли, которые принимала для стабилизации. — Я сделал драматическую паузу. — Иномирские артефакты с черного рынка! Они не просто могли убить девушку — был риск, что выброс нестабильной маны заберет с собой половину присутствующих на балу.

София резко повернулась ко мне. Она явно пыталась разгадать, куда я клоню.

— Да, ситуация действительно странная, — директор потер подбородок. — Помню, как род Златомирских пытался определить Софию в академию при первом наборе. Мы были вынуждены отказать из-за критической нестабильности её магического ядра. — Он нахмурился. — А потом она появилась снова, и все показатели были в норме…

Я сделал шаг вперед:

— Позвольте обратить ваше внимание на несколько любопытных деталей этого дела, — я выдержал паузу. — Мы имеем весьма интересную последовательность событий. Сначала академия отказывает в приеме талантливой наследнице древнего рода из-за критической нестабильности магического ядра — состояния, которое, замечу, практически невозможно исправить за короткий срок.

Я начал неторопливо прохаживаться по кабинету:

— Затем, буквально через несколько дней, девушка возвращается абсолютно здоровой. Ядро стабильно, каналы в норме — просто чудесное исцеление.

Я заметил, как директор чуть прищурился, явно улавливая ход моих мыслей.

— Более того, — продолжил я, выстраивая цепочку, — взгляните на всю картину целиком. У нас есть талантливая юная аристократка, чье состояние странным образом колеблется между стабильностью и опасной нестабильностью. Недавно мы были свидетелями критического выброса эфирной маны — инцидента, который мог закончиться трагедией. И вдруг, словно по волшебству, она снова обретает стабильность… возникает логичный вопрос — кому выгодно регулярно выводить девушку из нестабильного состояния? И главное — как это осуществляется? — Я позволил себе лёгкую усмешку. — Подумайте сами: у кого доверчивый подросток возьмет лекарство без колебаний? От кого примет пилюлю, не задавая лишних вопросов? Только от того, кого считает самым близким человеком. От того, кто, прикрываясь заботой, преследует свои… корыстные цели.

Я видел, как присутствующие буквально впились в меня взглядами. Чёрт, кажется, я начал звучать слишком по-взрослому. Надо срочно сбавить обороты…

— Короче, это всё о-о-очень подозрительно, — протянул я.

Капитан с директором обменялись быстрыми взглядами и отошли к дальнему окну для приватного разговора.

Я приблизился к Софии, которая всё это время не сводила с меня глаз:

— Что ты делаешь, Дим? — прошептала она.

— Помогаю тебе, глупая, — улыбнулся я. — Твой дедушка явно тебя подставил. Насчет иномирской пилюли — это, конечно, моё предположение. Хотя, судя по тому, что я обнаружил при сканировании…

— Дим… — её голос дрогнул. — А может… может, это ты что-то сделал со мной? Я ведь вчера несколько раз проходила мимо «Ока», и оно молчало.

— Ты вольна думать как пожелаешь, — ответил я.