Но самым главным, конечно, было то, что множество юных (или не очень, так как за аватарами порою скрывались и дряхлые старики, что были старше самого Чарля Дафота) умов словно бы вдохнули в магистра вторую жизнь, чего у меня сделать не получалось. Старик ощутил себя нужным, а я постепенно перешёл на вольные хлеба, лишь изредка наведываясь в библиотеку – сдавать старые и брать новые книги. При этом общение с Самуэлем, имеющим намного меньше возможностей наладить контакт с игроками, я не прекращал, всё больше и больше узнавая о призывах без перерывов на «поработать кулаками». Ведь Мастольф, мастер боя, обучивший меня столько многому за жалкую неделю, давно уже отправился «на прогулку» по этим безжизненным равнинам. Я ему надоел, так как не мог более показать ничего нового, а просто меня обучать у копейщика не было никакого резона.

Но тренировки с мечом я не забросил, продолжая практиковаться или со своими скелетами, сражающимися примерно на моём уровне, - а вдвоём на одного они так и вовсе заставляли меня попотеть, - или на арене, с игроками, которые за эти сорок с лишним дней все как один прошли четвёртую эволюцию и сравнялись со мной в «системной» силе. От таких спаррингов я получал двойную выгоду, так как на арене эмитировался настоящий бой, заставляющий меня выкладываться на полную и в магии, и в «физике». Доставшиеся от эволюций и из книг навыков умения мною так же упорно игнорировались, за счёт чего наблюдался «качественный рост способности адаптировать свои способности под ситуацию», как выразился иногда наблюдающий за мной Самуэль.

Увы, но сам он дважды отказался от дружеского поединка со мной, а больше я не предлагал, справедливо считая, что и без того получаю от музыканта очень многое. Можно даже сказать, что его вклад в меня сравнялся с таковым у Магистра Дафота, а это – очень и очень много времени и усилий…

- Рик, мы подходим к ратуше.

Раздавшийся в ушах голос Яна был ожидаем, и потому я даже не дёрнулся – лишь активировал Око, да взглянул в сторону названного здания. С моей крыши просматривались северный и западный дороги, ведущие к ней, но товарищей своих я так и не заметил. Значит, они возвращаются с юга или востока.

- Понял, сейчас подойду.

Открываю инвентарь и ещё раз пробегаюсь глазами по ровным стопкам расходки, которую друзья попросили им собрать заранее. Зелья, ремнаборы, кое-что из экипировки, печати моего собственного изготовления – всё это они планировали перехватить у меня и тут же, не сбавляя темпа, ринуться к следующей цели. Им грех тормозить, покуда не пропал бонус к получаемому опыту. Мне же совсем не в тягость было потратить пару часов на закупки – игроки-торговцы исправно доставляли в город расходники и кое-какую экипировку. С наценкой, но для Подземья это абсолютно нормально.

Изучаемый мною талмуд в одну секунду сжался до размера ногтя и закрепился на специальном браслете, увешанном разными уменьшенными книгами. Моя гордость и, пожалуй, самый любимый артефакт, не несущий для меня никакой практической ценности. Однако этот предмет оказался незаменимым в случае, когда тебе надо достать какую-либо книгу на глазах у местных, не демонстрируя при этом наличия инвентаря, который есть либо у игроков-призванных, либо у сведущих в пространственной магии чародеев. Причём последние далеко не всегда способны создать пространство, схожее по объему с инвентарём игрока, а уж о практически абсолютной надёжности даже говорить не стоило, так как она оставалась прерогативой равных магистру Дафоту.

На вопрос о том, чего ради нам, игрокам, вообще требуется маскировка, ответить можно просто: с призванного, взаимодействующего с местными не посредством системы заданий или интерфейса, с большим удовольствием сдирают даже не три, а все десять шкур.