Шесть месяцев назад, на вечеринке по случаю восемнадцатилетия его младшей сестры, Лейша так подробно расспрашивала Джордана о фабрике, что он понял и похолодел от ужаса: она попросит разрешения посетить ее. К его удивлению, Хок не возражал.

— Я думала, что мистер Хок присоединится к нам. В конце концов я приехала, чтобы встретиться с ним, — сказала Лейша.

— Он велел проводить вас в контору после осмотра.

Губы Лейши раздвинулись в улыбке, глаза прятались за массивными солнцезащитными очками.

— Указывает мне мое место?

— Думаю, да, — угрюмо сказал Джордан. Он не выносил, когда Хок, неординарный и непредсказуемый человек, опускался до игры в "я здесь хозяин".

Лейша коснулась руки племянника:

— Не переживай, Джордан. Он имеет на это право.

Джордан не знал, что на это ответить. В конце концов все дело было именно в этом.

Отношения между его матерью и теткой были такие странные. Или правильнее сказать "напряженные". И все же... Лейша навещала семью Ватроуз только по торжественным случаям. Алиса никогда не проведывала Лейшу в Чикаго. Однако мать, любившая возиться в саду, каждый божий день посылала свежий букет Лейше самолетом, что стоило, по мнению Джордана, совершенно безумных денег. Причем цветы были самые обыкновенные: флоксы, лилии, лимонно—желтые ноготки, подсолнухи — все это Лейша могла бы купить на улицах Чикаго за бесценок.

— Разве тетя Лейша не предпочитает оранжерейную экзотику? — спросил однажды Джордан.

— Да, — ответила мать и улыбнулась.

Лейша всегда привозила Джордану и его сестре Мойре чудесные подарки: наборы детской электроники, телескопы, пару биржевых акций, которыми можно играть по информационной сети. Алиса всегда приходила в бурный восторг, как и дети. Но когда Лейша показывала племянникам, как пользоваться каким—нибудь из них — как отрегулировать телескоп по азимуту и высоте, как писать японские иероглифы на рисовой бумаге, — Алиса обязательно уходила из комнаты. Джордан подрос, и ему иногда хотелось, чтобы Лейша позволила им с Мойрой самим прочитать инструкцию. Лейша объясняла слишком быстро, сложно и подробно и огорчалась, если дети не могли запомнить все с первого раза. И хотя сердилась тетя Лейша на саму себя, Джордж начинал чувствовать себя по—дурацки.

— Лейша все делает по—своему. А мы — по—своему, — говорила в таких случаях Алиса.

Но самым странным была близнецовая группа Алисы. Услышав об этом, Лейша была шокирована. Алиса добровольно работала там три дня в неделю. Эта организация подбирала сведения о близнецах, которые могли общаться друг с другом на большом расстоянии, знали, о чем думает каждый из них, чувствовали боль, когда другой попадал в беду. Она также наблюдала близнецовые пары в детском саду, чтобы узнать, как они учатся идентифицировать себя в качестве отдельных личностей. Вся эта смесь шарлатанства и научных методов озадачивала Джордана, которому тогда исполнилось семнадцать.

— Тетя Лейша говорит, что большинство ваших случаев объясняется статистикой. И по—моему, вы с ней даже не однояйцевые близнецы.

— Так и есть, — ответила Алиса.

В последние два года Джордан часто виделся с теткой, втихаря от матери. Лейша была Неспящей, а значит, экономическим врагом. Кроме того, она была честной и щедрой идеалисткой. Эти парадоксы смущали.

Впрочем, многое не давало ему покоя.

Экскурсия заняла около часа.