Наверняка она многому научится, оптимистически считала она.
Она никогда не видела таких пустынных лесных дорог. Автобус ехал несколько часов среди могучих елей, вырвался на небольшое открытое пространство с редкими домишками и снова был поглощен лесом.
Вскоре опять появились дома, составлявшие что-то вроде деревушки, и на берегу реки стоял крохотный постоялый двор, аккуратно побеленный и ухоженный. Высотой с одноэтажный дом, хотя и в два этажа, с пристроенной конюшней и одноэтажной кухней, с мансардой и еще одним двухэтажным зданием, расположенным за кухней с другой стороны. Две вывески с короткой, написанной витиеватым шрифтом надписью; одна — над низенькими воротами, а другая — в самом конце здания, оповещающие о том, что это «Старинная харчевня „У переправы“. Постоялый двор и гостиница». Чтобы никто не сомневался в предназначении этого дома.
Запыленную с дороги, но преисполненную благоговения Эллен встретила в трактире пожилая хозяйка.
Это была еще красивая пятидесятилетняя женщина с тяжеловесным взглядом и ухоженными золотистыми волосами. Ее звали фру Синклер. Она встретила Эллен с холодной любезностью и показала ей дом. Эллен же пыталась скрыть ужасную неуверенность в себе. Они осмотрели большие, с низкими потолками, комнаты для гостей с толстыми деревянными стенами, на которых висели старинные ковры, прошли через столовую. Здесь были заметны слабые следы модернизации — у помещения была небольшая пристройка. Заглянули в безнадежно несовременную кухню и поднялись по узенькой лестнице на второй этаж. В нос им ударил резкий запах краски.
— Мы еще не заселяли в этом сезоне второй этаж, — пояснила фру Синклер. — Рабочие занимаются реставрацией. Бывший хозяин устроил на втором этаже души и туалеты, совершенно не учитывая специфики дома. Конечно, не так-то легко снабдить современными удобствами дом, построенный в 1700-х годах, но и так, как это сделал он, никуда не годится!
Открыв дверь, ведущую в небольшое помещение под самой крышей, она наткнулась на настоящую оргию безвкусицы: выложенный двухцветной плиткой в шахматном порядке пол, пестрая плитка на стенах, вмазанная в толстый слой цемента, болезненно-зеленый цвет самих стен, душевая кабинка с грубо намалеванными рыбами, трубы, проложенные вдоль стен, и в довершение всего уродливый унитаз.
— Да-а-а… — сказала Эллен.
— Ну, убедилась? Этот этаж предназначен для тех, кто остается на ночь, но сейчас я не могу показать тебе все комнаты, потому что туда просто невозможно пройти. В самом конце коридора расположена комната, в которой поселишься ты, когда ремонт будет закончен. А пока будешь жить в другом здании. Оно используется только в случае крайней необходимости, когда все остальные места заняты, потому что оно очень старое.
Они снова спустились на кухню и направились в старинную часть дома.
— Здесь ужасно много канцелярской работы, — сказала фру Синклер, когда они снова поднимались по лестнице. — Поэтому тебе и пришлось приехать заблаговременно. Все остальные работники приедут через десять дней, когда гостиница откроется.
— Вы живете в этом доме? — осторожно спросила Эллен.
— Нет, у меня есть собственный дом в деревне.
— А-а-а… — разочарованно произнесла Эллен, не осмеливаясь дальше задавать вопросы.
Толстые доски поскрипывали у них под ногами, когда они шли по длинному коридору с глубокими нишами окон.
Но фру Синклер уловила ее испуг и сказала:
— Тебе придется пожить здесь несколько дней совершенно одной. Ты можешь запереть все двери, чтобы избежать ненужных посещений. Да, это и есть старинный постоялый двор. Прежний хозяин вообще не использовал эту часть дома, что было, по-моему, глупо с его стороны. А теперь несколько комнат здесь приведены в порядок, так что ты можешь выбрать себе одну из них. |