Броуди обернулся и улыбнулся ему, как ни в чем не бывало.

— Доброе утро, дружище! Надеюсь, ты не имеешь ничего против того, что я, будучи твоим камердинером, заказал тебе горячую ванну?

— Мне? Я не ослышался?

Броуди отложил в сторону щетку и принялся энергично намыливать волосатые подмышки.

— Ну да, тебе. Ты можешь воспользоваться ею после меня.

С этими словами Броуди окунулся с головой, чтобы смыть мыльную пену с волос. Посмотрев на слой грязной пены на поверхности воды, Коннор почувствовал сильное желание утопить в ней несносного Броуди, но он не стал этого делать. Куда потом девать тело?

Пока он размышлял об этом, Броуди вынырнул из воды, отфыркиваясь, словно мокрый спаниель.

Тут Коннор принюхался. В воздухе стоял явственный запах бекона. В животе у него заурчало от голода. Накануне за ужином Коннор обнаружил, что мужчина не может, как следует наесться, если каждый кусочек пищи будет отправлять в рот вилкой.

Тут он заметил поднос с пустыми тарелками, стоявший возле туалетного столика. Глядя на оставшиеся крошки хлеба и мяса, Коннор тяжело вздохнул.

— Ты и завтрак мой успел съесть, как я погляжу.

— Ага, и он был очень вкусным! Впрочем, некоторые куски бекона были пережаренными. Надо бы поговорить сегодня е кухаркой. Я слышал, она еще не замужем. Может, я сгожусь ей в мужья?

— А я слышал, что она весьма плотная женщина и может свернуть шею курице голыми руками.

— Мне всегда нравились женщины с крепкими руками, — расплылся в улыбке Броуди.

Коннору очень хотелось продемонстрировать другу крепость своих кулаков, но тут Броуди, не дожидаясь, пока Коннор отвернется, встал из воды во весь рост. Вид его волосатого мокрого тела во всех подробностях наготы моментально отбил у Коннора всякий аппетит. Вытатуированная на руке змея, казалось, подмигнула ему.

— Дружище, не подашь мне вон то полотенце?

— Разумеется, — пробормотал Коннор и, сняв со спинки стула банное полотенце, швырнул его Броуди. — Еще что-нибудь сделать для тебя? Почистить твои сапоги? Накрахмалить рубашку? Заплести косички?

Броуди ответил, с довольным видом вытирая волосатую грудь:

— Ну, если ты так настаиваешь, помоги мне постричь ногти на ногах, пока не явился твой портной. Бедняга ждет тебя внизу уже битый час…

Тут терпение Коннора окончательно лопнуло. Он рывком вытащил Броуди из ванны, протащил его, упирающегося и ругающегося, через всю спальню и вытолкал в коридор, захлопнув дверь перед самым его носом.

Потом Коннор уперся в дверь всем телом, чтобы Броуди не смог силой открыть ее. Пронзительно закричала служанка, что-то с грохотом упало на пол, послышался веселый голос Броуди:

— Привет, милашка! Хочешь посмотреть, как танцует моя змейка? Ну, не надо так быстро убегать от меня! Да, пожалуй, мне нужно полотенце побольше…

Коннор быстро понял, что одним из преимуществ его нового положения было то, что ему позволялось — и это даже поощрялось — заставлять прочих людей ждать его. Прежде чем позвать к себе портного, он заказал, свежую ванну и еще один горячий завтрак.

Явившийся портной отнял у него массу времени на тщательное снятие всевозможных мерок и выбор тканей из принесенных бесчисленных образцов, причем все ткани казались Коннору одинаковыми. Пока портной без устали рассказывал ему о преимуществах хлопка перед шерстью, его помощник бегал вокруг Коннора с портновской лентой в руках и снимал мерки, восхищаясь его широкими плечами и мощными бицепсами.

Когда помощник портного опустился перед Коннором на одно колено и стал снимать мерки с его бедер, горец решил, что с него хватит, и, схватив портного и его помощника за высокие накрахмаленные воротники, поволок их к дверям.