Орквил поднял на нее страдальческие глаза:

— Ужасно, ужасно, мисс Моди. Вы такое ощущали, мэм?

Моди вдруг почувствовала себя взрослой, зрелой, чуть ли не старухой.

— Я тогда чуть в слезах не утонула. Спасибо, сержант Стальной Зуб вразумил. Он сказал, что будь я мамашей с малыми детьми, с беззащитными, то я бы благодарила воинов, которые их спасли. Ты вспомни, что эта нечисть собиралась с нами сделать, друг.

Орквил посмотрел на мертвых разбойников и вспомнил:

— Они собирались нас живьем жарить перед аббатством. Шкуру содрать. Что ж, эти трое больше никого не изжарят.

Подошел Рангвал, уже подобравший свои кинжалы.

— Что ж, ребятишки, пора и честь знать. Лучше не дожидаться, пока эта рыжая рожа лисья здесь снова замаячит. Вторую часть плана я доверил разработать себе. Давайте вырядимся нечистью.

— Зачем? — в один голос удивились Моди и Орквил.

— Клянусь усами бабушки моей, из вас разбойники никакие. А если мы нарвемся на эту команду нечисти или на бурых крыс? Не лучше ли выглядеть такими же уродами, как и они сами? От маскировки всегда только польза и никакого вреда.

Моди молча принялась сдирать с мертвого Раглата всякие пиратские побрякушки, широкую рубаху, мешковатые штаны, засаленный тюрбан.

— Верно мыслишь, друг. Орквил, за дело. Нам тоже не мешает глянуть, что там за шум, во. Ну, видок у меня теперь… Моди-мародерша, во.

Орквил не смог удержаться от смеха. Заячьи уши скрыл грязный тюрбан. Моди зачерпнула лапой грязь и размазала по морде. Она презрительно глянула на Орквила:

— Ну, ты, пикни еще, сухопутная крыса, во. Кишки выпущу, скелет на кости разнесу, по мачтам раскидаю, или как там пирату положено…

Рангвал спрятал свой роскошный хвост под драный камзол Солтира. Напялив высокие ботфорты и насадив на уши широкополую шляпу, он притопнул лапой:

— Якорь в глотку и сто акул под одеяло, Рангвал-солдат удачи к вашим услугам! А ты кто такой, колючий?

Орквил тем временем влез в брезентовый килт Андрила, застегнул на пузе широкий пояс с медной пряжкой, напялил полосатый жилет и обмотал голову бахромчатой повязкой. Он взмахнул длинным ножом убитой куницы и заорал:

— Э-ге-гей! Вот ужасный разбойник Орквил! Вперед, к злодейскому беспределу! Ха-ха-ха, хо-хо-хо, хи-хи-хи!

Рангвал внезапно посерьезнел:

— Ладно, подурачились, и хватит. Теперь тише воды, ниже травы. Пошли.

32

Удлинялись вечерние тени, солнце красило алым горизонт на западе, трое друзей крались по лесу. Звуки битвы приближались, нарушали гармонию природы. Моди заметила в отдалении какие-то утесы.

Орквил, следовавший за Моди, то и дело подпрыгивал, силясь что-нибудь разглядеть.

— Нич-чего не вижу. Нич-чего не понимаю. Что там такое?

Моди тоже принялась вытягиваться на цыпочках да подпрыгивать, однако толку ее старания не принесли.

— Я тоже ничего не вижу, во. Да ладно, скоро подберемся поближе.

Рангвал скинул свои сапожищи.

— Пока подберемся… Постойте-ка здесь, я сейчас сбегаю вверх да погляжу. — Он указал на высокий бук и тут же понесся к нему. Верхолазом Рангвал оказался бесподобным, миг — и Моди с Орквилом уже задирают головы, следя за ним.

— Моди, там твой барсук, Горас, — сообщил Рангвал сверху. — С ним еще барсук, поменьше… барсучиха… молодая, я ее раньше не видел. Они защищают вершину плато из песчаника, плоская вершина.

Моди пожалела, что не умеет так же карабкаться по деревьям. Она крикнула Рангвалу:

— А с кем они дерутся?

Рангвал взобрался еще выше и оттуда ответил:

— Не вижу.