– Да уж, не особенно красиво выглядит. Мы с судьей просто не знали, что с этим делать, то есть мы не знали, что вам придется более по душе – повесить сюда другой сейф или просто починить стену и заменить сейф картиной или еще чем-нибудь…

– Что здесь произошло? – нетерпеливо спросила Брайони. – Боюсь, я не вполне понимаю, о чем вы говорите.

– Кто-то вломился сюда вскоре после гибели вашего отца, мэм. Грабитель не тронул ничего, кроме сейфа, висевшего на стене. Он был вскрыт с помощью взрыва, и все деньги, хранившиеся там, украдены. Мы не вполне ясно представляем себе, сколько точно там было.

– Ранчо ограбили? Какой ужас! Не пропало ли еще чего-нибудь ценного? – Тут она сама себя оборвала: – Нет, конечно же, нет. Серебряный сервиз там, на столе в столовой, и все эти красивые вещи остались на своих прежних местах, правда?

– Да, это-то и странно, – ответил судья. – Все здесь вокруг было перевернуто вверх дном, однако пропало только содержимое сейфа.

– Но как же такое могло случиться, судья? Неужели никто не услышал шума? Ведь тут совсем рядом спит не менее дюжины рабочих, верно? Так почему же они не сделали что-нибудь, чтобы задержать воров?

– Это случилось в ту ночь, когда у ковбоев был выходной. Все мужчины были в городе, гуляли в «Серебряной шпоре». Росита спала, она осталась одна в доме. Когда раздался взрыв, она, конечно, проснулась и пошла посмотреть, что происходит, но была оглушена ударом сзади и потеряла сознание прежде, чем успела что-либо разглядеть. – Он пожал плечами. – Прошу прощения, мисс Хилл, но я понятия не имею, кто были эти отчаянные парни. Росите потребовалось около недели, чтобы привести здесь все в порядок.

– Si, это правда. Целая неделя это занял! – послышался из дверей тихий голос с сильным мексиканским акцентом. Брайони с любопытством обернулась, догадавшись, что слова принадлежат Росите, экономке отца. Мексиканка оказалась приземистой, полной женщиной с темной кожей, пухлым лицом и заметным темным пушком над верхней губой. Ее черные волосы были туго стянуты на макушке. Белая блуза свободно свисала с ее пышных грудей. Яркая, цветная юбка почти касалась пола. Она стояла на пороге кабинета, скрестив на груди свои толстые руки, и этот недружелюбный жест придавал ей сердитое выражение.

– Здравствуйте, Росита. Это мисс Брайони Хилл, ваша новая хозяйка. – Судья Гамильтон улыбнулся Брайони. – Росита Лопес, мисс Хилл, лучшая экономка штата. Миссис Бэнкс, владелица меблированных комнат, в которых я живу, долго пыталась переманить ее к себе, и Эдна Биллингс тоже хотела заполучить ее в свой отель, но никто из них не смог предложить ей оклад, превосходящий тот, что платил ваш папа. И Росита его стоит, каждого цента, правда, Мэтт?

Ричардс утвердительно кивнул, а Брайони вежливо улыбнулась, гадая про себя, так ли уж велики достоинства Роситы, чтобы платить деньги за сомнительное удовольствие ежедневно видеть перед собой ее кислую физиономию.

«Поживем – увидим!» – решила она, надеясь со временем растопить хотя бы отчасти отчужденность экономки.

– Рада с вами познакомиться, Росита, – сказала она самым дружелюбным тоном. – Я уже сама успела заметить, что судья ничего не преувеличивает – дом в превосходном порядке, все так и сияет! Смею надеяться, что вы останетесь со мной.