Принцесса рванулась вперед и, оттолкнув тело убитого в сторону, упала перед Торном на колени. Ее сердце гулко стучало. Глаза, графа были плотно закрыты, а на лице не было ни кровинки.

Господи, он мертв!

ГЛАВА 17

– Торн, Торн! – зарыдав, Шана упала ему на грудь. Ее волосы разметались и накрывали их обоих. – Ты не можешь умереть, – в отчаянии молила она. – Не можешь!

Слезы хлынули у нее из глаз. Принцесса обращалась к Богу и молила его, чтобы Торн остался жив. Но, несмотря на все молитвы, она чувствовала, что тело рыцаря оставалось совершенно неподвижным. Может быть, таким способом Господь хотел наказать ее за многочисленные грехи, а самым большим грехом была ее общеизвестная ненависть к графу. Но у Шаны никогда не было ненависти к Торну, нет, и если бы он остался жив, она с радостью сказала бы ему об этом.

Девушка ощутила легкое дыхание Торна на своих волосах. Она подняла голову. Глаза графа были темными и мутными, в них явно читалась боль, но они были открыты.

– Принцесса, – едва слышно сказал он, – если я и умру, то только оттого, что вы меня задушите.

Услышав его голос, Шана сквозь слезы улыбнулась и, нежно обняв Торна, зарылась лицом в его теплую грудь с единственной мыслью, что, в конце концов, Бог ее не оставил. Но улыбка исчезла, когда девушка поняла, что может разбередить его рану.

Рука, которой граф закрывал рваную рану на бедре, была вся в крови. Шана почувствовала тошноту. Она беспомощно посмотрела в глаза мужу.

– Торн…

– Я знаю, Шана, ты мне поможешь.

Она не могла говорить и только внимательно слушала, когда он попросил принести пару чистых штанов из седельного вьюка. Повинуясь, она быстро побежала и через несколько минут снова упала перед ним на колени. Ее руки дрожали, когда она разрывала одежду на широкие полосы. Торн убрал от бедра руку, и Шана поспешно приложила ткань к ране.

– Так. А теперь возьми другую полоску и завяжи ее крепко, – говорил он хриплым, прерывистым голосом. – Как можно туже.

Принцесса очень волновалась, но делала так, как он велел. Зажмурив глаза, Торн старался не потерять сознание. Боль была мучительной, казалось, что его бедро полностью охвачено пламенем.

Наконец Шана закончила и помогла графу сесть.

– Лошадей, – сказал он, едва шевеля губами. – Шана, нам нужны лошади.

Ее глаза округлились.

– Торн, ты что, хочешь ехать?

Он кивнул головой.

– Недалеко отсюда есть домик дровосека, может быть, он даст нам приют и мы переночуем. Если же нет, то немного дальше я видел ферму…

Шана уже вскочила на ноги. Лошадь Торна лениво паслась в тени дерева. Вторая, вероятно, убежала во время боя с налетчиками. Быстро отказавшись от поисков, девушка побежала назад к графу.

– Моя лошадь убежала. Придется обойтись твоей.

Он не возражал, когда она наклонилась, чтобы помочь ему. Торн обхватил ее рукой за плечи. Его тело покачивалось, но он старался держаться прямо.

Де Уайлд медленно сделал два шага к своей лошади. Шана что-то говорила, но казалось, что ее голос доносится издалека. Земля уплывала у него из-под ног, его замутило, лишь только он попробовал навалиться на седло. Торн видел все как в тумане. Какое-то невидимое чудовище пыталось стянуть его вниз в безмолвие и темноту. Он был в полузабытьи, когда Шана, встав на валун, уселась сзади него.

– Туда… – он кивнул головой налево. На большее у Торна сил не хватило.

Шана обхватила его руками у пояса и крепко держала до тех пор, пока он не опустился в седло.