Граф подошел к ней, и, указав на поднос с пищей, к которой девушка даже не притронулась, сказал:

– Я не хочу, чтобы меня обвиняли в том, что я морю вас голодом, леди Шана, – его голос прозвучал мягко, но эта мягкость была обманчивой.

Пленница ничего не ответила и даже не удостоила Торна взглядом, она посмотрела на огонь в камине, при этом по-королевски вскинув голову.

На этот раз, не скрывая, стали в голосе, граф начал:

– Я снова спрашиваю вас, миледи. Почему вы не едите?

– Я не стану, есть английскую пищу в английских лачугах, – равнодушно заявила Шана.

– Замок Лэнгли едва можно назвать лачугой. И позволю себе напомнить, что у вас не возникало таких претензий, когда вы совсем недавно разделяли со мной трапезу в этой самой комнате. – Торн начал ходить вокруг девушки. – Ах, да, я забыл, вы жертвовали собой ради того, чтобы осуществить свой план и убить меня.

Принцесса не проронила ни слова. Шана понимала, к чему он клонит. Этот негодяй хочет вывести ее из равновесия, но она не доставит ему такого удовольствия!

– Жаль, что замок Лэнгли немного не в вашем вкусе, а наша кухня не отвечает вашим обычным запросам. Примите мои глубочайшие извинения, миледи. Однако, – продолжил Торн, – коль вы всем недовольны, скажите, чем мы могли бы вас порадовать?

От этого вопроса Шана резко повернула голову в его сторону.

– Мне бы доставило огромное удовольствие вернуться домой, в Мервин!

– Боюсь, что это невозможно. Но у меня есть предложение. Если вы будете считать замок Лэнгли своим временным домом, миледи, то это значительно облегчит ваше состояние.

С его стороны эти слова являли собой утонченную жестокость.

– Идите к черту! – вспылила Шана. – Зачем вы привели меня сюда?

– Затем, принцесса, чтобы продолжить наше знакомство, – сказал Торн, вожделенно улыбаясь, и при этом низко поклонился, откровенно смеясь над ней.

Девушка смерила графа полным презрения взглядом.

– Вы об этом пожалеете, – равнодушно произнесла она, – за мной придут.

Он рассмеялся и, небрежно опираясь ногой о камин, произнес:

– Миледи, вы забываетесь! Они считают вас мертвой! Жертвой, павшей от моей руки.

– Тем более, у моих людей есть основания искать вас, граф Вестен. Они потребуют расплаты за мою смерть и обнаружат, что вы держите меня здесь против моей воли!

Торн оставался равнодушным.

– Если ваши люди и отправятся вам на помощь, то этого совсем не стоит бояться. В Мервине я видел всего лишь горстку рыцарей и кое-как вооруженных людей.

В ярости Шана вскочила на ноги.

– Благодаря вам! – с горечью воскликнула она. – Но Барис найдет вас и тогда, милорд, вы получите по заслугам!

– Барис? – темная бровь графа поползла вверх.

– Да, мой жених! Он добьется справедливости, обещаю вам!

Торн пожал плечами, но не потому, что на него подействовала ее угроза.

– Если он и придет, то я готов к встрече с ним.

У Шаны не оставалось сомнений – де Уайлд считал это невозможным. Девушка сердито посмотрела на его плотно сжатые губы. Казалось, что у графа на все готов ответ. Будь проклята эта английская сволочь! Шана готова была взорваться от гнева, когда заметила, что Торн чуть не рассмеялся, глядя на ее мятежный вид.

– Ну, миледи, не дуйтесь так.

– Я не дуюсь! – вспыхнула Шана.

– А я думаю, что дуетесь. Вы расстроены, – подчеркнут медленно заговорил Торн, – потому что все произошло не так, как вы рассчитывали.