Немного подумав, Фейт решила пройтись по мастерской, чтобы посмотреть, чем занимается Адриан. Увидев его в комнате обжига, она замерла… У нее перехватило дыхание… Полуобнаженный, он стоял у печи, регулируя огонь, и его мускулистые плечи сверкали в отблесках пламени. Фейт смотрела на него, не в силах пошевелиться, смотрела как зачарованная…

Вероятно, почувствовав ее взгляд, Адриан обернулся и внимательно посмотрел на нее. Его густые черные волосы выглядели так, будто он только что помыл голову, а зажим сполз по скользким прядям и поблескивал под бронзовым плечом. Поблескивало и серебряное кольцо в его ухе.

Утирая майкой пот с груди, он проговорил:

— Вас что-то заинтересовало?

— Это мое личное дело. Во всяком случае, вас это не касается.

Немного успокоившись, Фейт повернулась, собираясь уйти. «Ради Бога, одумайся, — говорила она себе. — Ведь тебе почти тридцать. Неужели ты не видела обнаженных мужских торсов? Возьми же себя в руки».

— Меня не касается? Почему же? — Адриан последовал за ней. — Фейт, почему вы не можете освободиться, почему не желаете признать, что стремитесь к чему-то?

Он подхватил рубашку, висевшую на спинке стула, но, похоже, не торопился надевать ее. Остановившись у рабочего стола, Фейт скрестила на груди руки. Стараясь не смотреть на Адриана, ответила:

— Так поступают дети. Взрослые же… взвешивают цену.

— Секс не стоит ничего.

Фейт слышала, как он приближается к ней. Она надеялась, что он уже надел рубашку, но по-прежнему не решалась взглянуть на него. Раньше, глядя на мужчину, она никогда не пыталась представить, каков он в постели, — подобные мысли ей даже в голову не приходили. Но сей час… На Адриана она смотрела совсем не так, как на других мужчин. Глядя на него, Фейт представляла, как он, обнаженный, прижимает ее к стене и входит в нее…

— Может быть, для вас секс ничего не стоит, но для меня он стоит гораздо больше, чем я могу себе позволить.

Он подошел к ней почти вплотную и заглянул ей в лицо.

— Фейт, но почему? По-моему, это гораздо лучше, чем изводить себя…

Фейт мысленно улыбнулась. Ей было приятно сознавать, что этот мужчина желает ее. Впрочем, ничего удиви тельного — ведь он четыре года не знал женщин.

— Секс без всяких обязательств — просто животный акт, — заявила она, невольно отводя глаза.

Адриан сорвался с места и принялся расхаживать по мастерской. Он двигался с грацией пантеры и сейчас снова, как и в гостиной своей матери, напоминал хищника в клетке.

— Говорите, обязательства?.. — процедил он. — Что еще за обязательства? Обязательства — это просто разочарования, вот и все.

Фейт тихонько вздохнула.

— Адриан, мы оба сейчас… на грани. Сейчас мы не можем рассуждать здраво.

— Все было бы иначе, если бы вы стали самой собой и забыли о том, чему вас учил Тони. Неужели вы этого не понимаете?

Адриан остановился и, сунув руки в карманы, пристально посмотрел на нее. Она промолчала, и он снова стал расхаживать по мастерской.

— Поймите, Фейт, секс — это просто физическое освобождение. А песенки в барах — плохая замена.

— Я не желаю продолжать этот разговор. — Она взяла со стола сумочку. — Если на сегодня работа закончена, я бы хотела уйти.

Он снова посмотрел на Фейт. Казалось, ее серые глаза превратились в кусочки льда. Он же пылал, словно печь, возбудился, точно мальчишка…

Адриан взглянул на часы.

— Рекс скоро должен вернуться. Я только проверю температуру в печи, и мы пойдем.

Он чувствовал, что его все больше влечет к этой женщине.