– Что это? – спросила она.

– Полагаю, здесь какие-то старые карты, которые герцог собирался показать мне.

Герцогиня слегка встряхнула обложку. Внутри рулона старых потрепанных пергаментных карт оказалось несколько вскрытых писем и один конверт.

Герцогиня негромко вскрикнула:

– Но это же для лорда Рафтона! Очевидно, то письмо, которое я ждала несколько недель. Как Себастьян перехватил его? – Она взяла в руки и перевернула конверт. Письмо не было вскрыто. – Не могу понять этого, но, по крайней мере, вот оно! О, я так рада, что нашла его!

Вирджиния почувствовала, что обязана сказать, что рулон карт принадлежит герцогу, а затем напомнила себе, что это не ее дело.

– Я должна немедленно пойти к его светлости, – заявила герцогиня. – Немедленно! Где же мисс Маршбанкс?

– Она предупредила меня во время завтрака, что собирается в деревню…

– О… да, конечно! У меня была записка к викарию. Мисс Маршбанкс сказала, что заберет ее. О, дорогая! Мне придется дожидаться ее возвращения… если только… если только вы не согласитесь пойти со мной.

– Пойти с вами? – смутилась Вирджиния.

– Да, чтобы навестить лорда Рафтона. Вы будете очень добры, если сделаете это. Согласны? Тогда пойдемте! Отправимся немедленно! – заявила герцогиня, не выпуская письмо из рук.

Она открыла дверь библиотеки, прежде чем Вирджиния успела дойти до нее, затем, выйдя в холл, она протянула поводок мопса поджидавшему ее лакею.

– Выведите Диззи на прогулку, Джеймс… А теперь мы пойдем к лорду Рафтону.

Они поднялись по лестнице.

– Понимаете, лорд Рафтон не очень здоров, – объяснила герцогиня, – и порой он немного… беспокоен. Так что мой сын заставил меня обещать, что я не стану навещать лорда одна. Обычно со мной ходит мисс Маршбанкс, но ее нет, а я действительно не могу дожидаться ее возвращения. Если вы окажетесь в комнате со мной, все будет в полном порядке.

– А чем он болен? – спросила Вирджиния.

Я думаю, он просто стар, и временами его рассудок затуманен. Но он очень, очень близкий друг. Многие годы он был моим beau. – Она издала легкий вздох. – Если бы вы видели меня, когда я была молода! Всегда весела и, хотя мне самой приходится говорить это, очень привлекательна. Мне постоянно твердили, что я самая красивая герцогиня в Англии. И, между нами говоря, мисс Лангхолм, это было правдой! У меня была куча поклонников. В наше время девушки, кажется, не имеют и половины тех развлечений, которыми располагала я. А лорд Рафтон оставался самым преданным из всех. И в старости он приехал жить сюда, и теперь я присматриваю за ним.

– Как вы добры, ваша милость! – воскликнула Вирджиния. – Не так много найдется людей, которые заботились бы о друзьях, когда те состарятся.

– Моя дорогая, мы должны делать все, что в наших силах, для других, разве не так?

Они поднимались, как заметила Вирджиния, со второго этажа на третий. Затем прошли длинным извилистым коридором и столько раз поворачивали, что Вирджиния решила, что ни за что не найдет одна обратной дороги. Наконец, остановились у большой двери красного дерева, и герцогиня постучала.

Дверь открыл мужчина в белом пиджаке.

– Доброе утро, мистер Уорнер! – приветствовала его герцогиня. – Как себя чувствует сегодня его светлость?

– Мы в очень хорошей форме сегодня, ваша светлость. Счастливы, спокойны. Мы надеялись, что ваша светлость навестит нас.

– Это мисс Лангхолм! – представила ее герцогиня. – Мистер Уорнер опытный санитар, мисс Лангхолм.