Чувствительность действительно ко мне вернулась, но лучше бы я оставался бесчувственным куском мяса. Казалось, что каждая клеточка моего многострадального организма ныла. Даже обезболивающее в виде женских коленей (то есть — бёдер) уже не спасало. Пришлось с кряхтением подниматься на ноги, освободив наставницу.

Хорошего понемножку, как говорится.

— Прошу прощения, юный господин, — поклонилась мне Хивея. — Как вы себя чувствуете?

— Как беспомощный манекен для отработки ударов, — признался я, потирая ушибленную спину.

— Вы слишком строги к себе, — снисходительно улыбнулась девушка. — За столь короткое время у вас наметился значительный прогресс.

Может, для наивного наследника эти слова стали бы поводом для гордости, но я прекрасно понимал, что это — неприкрытая лесть. Все мои достижения сводились к тому, что теперь ей требовалось для нокаута целых два-три удара вместо одного. Рекорд составлял целых четыре, но такое случилось лишь раз, когда я специально решил подпалить её фаерболом в упор. Просто уже нервы не выдержали.

Встав на ноги, я осторожно попробовал потянуться и присесть, дабы удостовериться, что у меня ничего не отвалится до вечера. Занятия подошли к концу, и Хивея откланялась, забрав с собой меч. Упражняться с ним в её отсутствие она не позволяла. А помимо наших тренировок у неё существовали ещё какие-то загадочные дела, и отныне за мной приглядывала одна лишь Нарья.

— Вы не собираетесь уходить, юный господин? — задала она дежурный вопрос, скромно устроившись в углу.

— До ужина ещё целый час, — пожал я плечами.

Зря это сделал — вдоль позвоночника тут же прострелило острой болью. Значит, отжимания отпадают. Как и занятия на брусьях, пожалуй. Здешний спортзал не блещет разнообразием инвентаря — парочка перекладин, пыточный агрегат для растяжки, а так же набор гирь. Я давно уже оставил в покое крохотные грузики и перешёл к следующим по весу. Однако самые тяжёлые по-прежнему не мог даже сдвинуть с места.

Получается, сегодня ограничимся одним лишь бегом. Помнится, в первые дни достаточно было навернуть несколько кругов по залу, чтобы напрочь лишить себя дыхания. Сейчас я стал гораздо выносливее, но всё равно — недостаточно. Хивея была быстрее меня на порядок, хотя работала в «щадящем» режиме.

Чего действительно не хватало залу, так это длины — всего полтора десятка метров от стены до стены. В родовом замке существуют помещения и побольше, но там можно натолкнуться на других членов семьи. А в этот чулан никто не полезет — перед нашими занятиями Хивея всю ночь приводила его в порядок. Раньше сюда складывали всякую ненужную ерунду, но кое-что из этого хлама мне пригодилось.

Я подошёл к ящику с гирями и взял оттуда звенящий металлом свёрток. После чего развернул его, и в моих руках оказалась старенькая кольчужная рубаха с кожаной подложкой. В таких воюют лишь «бездарные» ополченцы из глухих деревень, так что объяснить, что она здесь делает, не смог даже старший дворецкий. Он по замку ещё и выполняет должность интенданта. Кольчугу хотели выбросить вместе с другим барахлом, что здесь хранился, но я успел прибрать её к рукам.

Как оказалось, в бою против одарённого она бесполезна. Удары Хивеи оставляли страшные синяки и дробили кости, игнорируя такую примитивную защиту. Но вот в беге кольчуга стала для меня незаменимым подспорьем. Надеваешь её прямо поверх тренировочного костюма, похожего на кимоно — и вот ты уже потяжелел на несколько килограммов. Без всякой магии.

Стоило только сделать несколько шагов, как ноги тут же принялись протестовать. Но на боль в мышцах и коленях я старался не обращать внимания, в отличие от Авери.

— Пожалуйста, может уже хватит на сегодня? — простонал он едва слышно.