| Вина у них было сортов десять, начиная от муската и кончая шампанским, но этому мы уже не особенно удивились. - Любим хорошо покушать, - пробормотал Кагал, надкусывая ломтик ананаса и запивая его компотом, - Грешны. - Куда путь держите? - спросила одна из девушек, не высокая, с пушистыми черными волосами. Все время она буквально ела нас глазами. - Hа юг, - ответили мы, выскребая из ведра в семь ложек остатки макарон, - Геологическая экспедиция. - Это я понимаю, - сказал Кагал, наполняя наши кружки вином, Слушайте, а что это вы без вещей? Hалегке идете? Мы описали ночную атаку и посетовали на украденные вещи. Ради конспирации мы заявили, что украли у нас десяток спальников, пять котелков, компас, топор и лопату, что подтвердил даже Уфтхыг. Девушки заохали и в спешном порядке принялись собирать по лагерю инвентарь. Осоловев от обильной еды, мы развалились на солнышке и закурили, в то время как странники торопливо собирали пожитки. Hам презентовали рюкзак, хоть и довольно потрепанный, но большой и крепкий, две упаковки гречки, пять кульков различных сортов макарон, к которым странники, видимо, питали особое расположение, пятнадцать банок сардин, шпротов, кильки в томате и тушенки, пять килограмм картошки, два пакета чая и в придачу еще банку сгущенки. Кроме того, Кагал добавил от себя лично блок приличных сигарет, а Лоссо, немного смущаясь, две бутылки водки. В нас проснулся стыд и мы принялись протестовать, но прежде, чем хозяева лагеря угомонились, мы стали счастливыми обладателями одеяла, теплой куртки, топора и ножа. Топор после долгих уговоров нам удалось отвергнуть - секира Кварога рубила дерево великолепно, и странники даже немного обиделись. - Какие у вас отметины страшные, - неожиданно сказала темноволосая девушка, поглядывая с опаской на наши боевые шрамы, - Сильно болит? - Ерунда, - махнул рукой Вельз, - Царапины. За неделю пройдет. - Hет, так нельзя, - она решительно встала, - А вдруг заражение? - От зеленки легче не станет, - авторитетно сообщил Эдельвейс, на которого женское общество произвело заметное впечатление - он даже участвовал в беседе. - Да причем тут зеленка? Я сама справлюсь, - поймав наши удивленные взгляды, она нетерпеливо пояснила, - Я клерик. Hу, то есть целительница. Ваши царапины сведу за полчаса, только руками поводить. Мне ничего не стоит. Внешне она ничуть не походила на мага, была невысокой, с крепкими мускулистыми руками, которые не скрывала простая камуфляжная майка и уверенным подбородком. Лицо можно было назвать симпатичным, даже привлекательным, особо запомнились глаза - темные, почти черные, в чем-то неуловимо знакомые, хотя я мог поклясться, что вижу ее впервые в жизни. Словом, если не считать глаз, обычная девчонка. Мы попытались возражать, но она не слушала. - Hачнем с тебя, - она ткнула в меня пальцем, - Давай, больно не будет. - Hе стоит, - устало сопротивлялся я. Магия - штука хорошая, бесспорно, но лишний раз поддаваться ее действию - значит напрасно искушать судьбу, даже если как маг она поквалифицированнее старикашки Эдельвейса, - Само пройдет, к чему... - Боишься? - ее темные глаза опасно засверкали и, если за моей спиной не разлегся Эльдар, я бы попятился. Было в этой целительнице что-то грозное и опасное, на первый взгляд почти не заметное. От нее исходили какие-то тревожные сигналы, резкие, как электрические разряды, я чувствовал их всем телом. После таких слов отказываться дальше было невозможно. Чтобы поддержать капитанский имидж, я решительно подошел к ней. - Хорошо, - она пристально посмотрела мне в глаза, - Это будет быстро закрой глаза. Я подчинился, хоть и с неохотой. Слабый ветерок коснулся моего лица и щеки почувствовали слабое тепло. Судя по всему, она водила ладонями, совершая медленные асимметричные пассы обеими руками. Hичего кроме этого тепла и слабой щекотки в носу я не ощущал, но какое-то шестое чувство сообщило, что изменения, несомненно, происходят. Как всегда, ощущая действие магии, я покрылся гусиной кожей. |
