– Доброе утро, – улыбнувшись сказала Джес.

– И тебе доброе утро, что здесь происходит? – спросила Тэйлор.

– Бекон уже жарится, а через минуту я начну готовить блинчики. Ты любишь блинчики?

– Не знаю, – с усмешкой ответила Тэйлор. – Я давно их не ела, хотя пахнет вкусно.

Тэйлор налила себе чашку чая.

– У меня есть время сходить в душ?

– Конечно, иди, – ответила Джессика.

Тэйлор вернулась в свою ванную и открыла воду, чтобы нагрелась. Сделав глоток чая, она поставила чашку на столик. Женщина улыбнулась при мысли, как легко происходит ее одомашнивание.

– Сегодня какой-нибудь праздник или что? – спросила Тэйлор, садясь за стол и убирая с лица мокрые волосы. Джессика приготовила столько блинчиков, что хватило бы на маленькую армию, а еще бекон и апельсиновый сок.

– Я бы еще и кофе сделала, но не знала, как ты любишь. А разве для этого должна быть причина? Я имею в виду, что не знаю, как отблагодарить тебя за все, что ты для меня делаешь, – искренне ответила Джессика.

Тэйлор смотрела на Джессику, ее левая бровь заползла под смоляную челку.

– Ну ладно, хорошо, ты победила, – девушка рассказала о том, что поднялась до восхода солнца, еще не зная что так рано. Она даже рассказала о том, что говорила ей мать. Если спишь достаточное количество часов, то просыпаешься рано.

– Тебя не бесило, что мать всегда оказывается права? – закончила Джес.

– Здесь я абсолютно с тобой согласна, но чем больше живешь, тем больше понимаешь, что все это правда, – ответила Тэйлор.

Через некоторое время они закончили завтракать, обе больше чем наелись. Тэйлор поразилась, сколько еды может влезть в Джес.

– Джес, это было великолепно, спасибо. Долгое время для меня никто не готовил, кроме моей матери. Знаешь, у тебя аппетит, как у твоей матери. Если бы я так ела, я была бы размером с дом.

Джес усмехнулась.

– Не привыкай слишком. Я могу готовить только две вещи: блинчики и макароны с сыром. Хотела бы я знать, как мама готовит эту штуку в горшочке зимой.

– Да, – согласилась Тэйлор. – С овощами и мясом.

– Точно, – добавила Джес. – Думаю, мы зря не купили вчера поваренную книгу, – задумчиво проговорила Джес.

– Ты права, – засмеялась Тэйлор. – Если хочешь, можешь сейчас позвонить маме, она, наверное уже встала, – Тэйлор застегивала часы на запястье. – Я выйду с одним условием.

Джес подозрительно посмотрела на старшую женщину.

– Ты дашь мне посмотреть твой альбом, – прошептала Тэйлор.

Джессика улыбнулась и направилась в свою комнату. Она вернулась с полдюжиной маленьких альбомов и сложила стопкой на стол перед художницей.

– Только не ожидай многого, ладно? – нервно сказала Джес.

– Не волнуйся. У меня нет ожиданий, – Тэйлор налила еще одну чашку чая и, взяв альбомы, вышла в сад. – Я буду снаружи, если тебе что-то понадобится. Передай маме привет, – сказала она, закрывая двери.

Джессика взяла телефон. «Должна ли она придумать, что скажет маме.» Наконец, она решила, что придумает на ходу, и набрала так хорошо знакомый номер.

Голос матери послышался после первого гудка.

– Привет, мам, – волнуясь, сказала Джес.

– Джес? Милая у тебя все в порядке? – испугалась Тори.

– Все хорошо. Не волнуйся, все просто замечательно. Я просто захотела позвонить тебе, и, ты знаешь… ну, сказать, что у меня все хорошо, сказать привет.

– Я так рада слышать тебя, Джес, – сказала Тори, понимая, что Тэйлор наверное попросила ее позвонить.