Слит Макдоналд нахмурился и грозно скрестил на груди мощные руки. Красное лицо в веснушках, большие залысины в рыжих с проседью волосах делали его значительно старше своих тридцати шести лет. Изабель была не в силах глянуть ему в лицо, на котором, как следствие бесчисленных попоек, ярко-красным светился нос луковкой чудовищных размеров. Вообще вид его был обманчив.

Слит походил на медведя массивным обмякшим телом с тяжелыми мышцами, покрытыми густыми темно-рыжими волосами. Она брезгливо наморщила нос, когда до нее донесся его тяжкий дух. От него дурно пахло.

Взглядом Изабель скользнула по тяжелым чертам его лица, пытаясь зацепиться за что-нибудь. Невозможно было представить, что он родня ее матери. Изабель часто говорили, что за исключением цвета волос Дженет, ее покойная мать, была полной противоположностью своему младшему брату. Гибкая изящная красавица Дженет и грубый Доналд Горм Мор, который никак не мог похвастаться внешностью.

Правда, он был силачом. А ее клан отчаянно нуждался в физической силе, используя любой шанс для выживания.

Испытывая неловкость под пристальным взглядом дяди, Изабель ждала ответа, пытаясь скрыть свое волнение. Она посмотрела в сторону отца. Но того, казалось, раздражала эта война нервов, как, впрочем, и дядю. Помощи с этой стороны она не получит. Отец нуждался в дяде, а тот нуждался в Изабель.

Прозвучавшие следом слова напомнили ей об этом факте:

– Не разочаровывай меня, дочь.

У нее все сжалось в груди. Навсегда это так и останется проблемой.

– Мне казалось, что ты слеплена из крутого теста, дорогая племянница, – добавил Слит. – Мы еще не доехали до замка, а ты уже трясешься и злишься, как глупая девчонка. Соберись.

Изабель понимала, зачем он так говорит. Ему нужно было пристыдить ее, чтобы она обрела мужество. Но это не подействовало. Она знала, что ей предстоит. И только круглый дурак не волновался бы на ее месте, да и то навряд ли.

– Посмотрите, миледи, вон он, – тихо прошептал один из сопровождающих, отбросив весло, и ткнул пальцем вдаль через залив.

Она заставила себя глянуть в том направлении. Подняв глаза, она увидела замок, который должен был стать ее новым домом или, если ее разоблачат, темницей.

Все не так уж плохо, пыталась успокоить себя Изабель. Во внешнем виде замка Данвеган не было ничего зловещего, если не считать каменных стен, которые, казалось, упирались прямо в угрюмые небеса. Вздымаясь ввысь на крутых утесах, обрывавшихся в море, они тянулись по самой кромке обрыва от главной, самой высокой, башни слева к орудийной башне поменьше, расположенной с правой стороны. И если бы замысел строителя позволял, меньшая могла бы быть украшена горгульями.

То были унылые воинские укрепления, выстроенные с единственной целью – держать оборону, а не оказывать радушный прием. Замок казался неуязвимым ни для нападения, ни, что немаловажно, для спасательной операции. Единожды войдя, она уже не выйдет отсюда.

В какой-то момент, когда их суденышко скользило к скалам у подножия выходящей из моря каменной лестницы, Изабель в шуме ветра послышался тихий смех. Она слышала разговоры о том, что в лесах вокруг замка обитают сверхъестественные существа, что в жилах Маклаудов течет волшебная кровь. И всегда отвергала россказни как предрассудки стариков, продолжавших верить в разных чудовищ. Но в полную призраков ночь эта идея не казалась такой уж нереальной.

Отбросив в сторону причудливые фантазии, она сказала себе, что это всего лишь отзвуки волынок, встречавших ее прибытие в Данвеган.

Но все равно, закрыв глаза, прочитала молитву, чтобы только подбодрить себя.

Она еще плотнее закуталась в накидку. Нервы напряглись до предела. Ей казалось, что судьба предостерегает ее, но выбора уже не было. На своих плечах она несла ответственность за способность ее клана выжить.