– Солгала?

– Йен признался мне, что вчера вечером в гостинице он заходил к тебе в номер, – проговорила Мелисса, раздувая ноздри. – Я же предупреждала, что он не умеет хранить секреты.

Спенсер вытаращила глаза.

– Между нами ничего не было. Клянусь.

Мелисса шагнула к ней. Спенсер прикрыла лицо ладонью, другой рукой сняла с ноги лодочку.

– Прошу тебя, – взмолилась она, держа перед собой туфлю, словно щит.

Мелисса почти вплотную приблизилась к ней.

– Я думала, что после нашего откровенного разговора на побережье мы с тобой достигли взаимопонимания. Очевидно, я ошиблась.

Она резко повернулась и вышла из уборной. Каблучки звонко застучали по пандусу, потом глухо по траве. Спенсер склонилась над раковиной, прижавшись лбом к холодному зеркалу. Внезапно послышался шум воды. Дверь третьей кабинки отворилась, вышла Мона Вондервол. Лицо испуганное.

– Это была твоя сестра? – шепотом спросила она.

– Да, – раздраженно бросила Спенсер и отвернулась.

Мона схватила ее за запястья.

– В чем дело? Тебе плохо?

– Да нет, все нормально. – Спенсер отступила на шаг. – Просто надо побыть минутку одной.

– Да, конечно. – Мона широко распахнула глаза. – Я подожду на улице. Позови, если понадоблюсь.

Спенсер благодарно улыбнулась вслед Моне. Она услышала щелчок зажигалки, потом шипение сигареты, которой затянулась Мона. Глядя в зеркало, Спенсер пригладила волосы. Трясущимися руками она взяла расшитый бисером клатч, надеясь найти в сумочке упаковку аспирина. Пальцы нащупали кошелек, губную помаду, фишки для игры в покер… и что-то еще, что-то квадратное и глянцевое. Спенсер медленно извлекла находку из клатча.

Это была фотография. На ней стояли рядышком, держась за руки, Эли с Йеном. За ними высилось круглое каменное здание, еще дальше выстроились в ряд желтые школьные автобусы. Судя по пышной стрижке Эли и ее поло фирмы J. Crew тропической расцветки с длинным рукавом, снимок был сделан, скорей всего, во время их поездки всем классом в театр «Народный свет» на спектакль «Ромео и Джульетта». Тогда кроме Спенсер, Эли, других ее друзей поехали еще и некоторые старшие школьники, в том числе Йен с Мелиссой. На улыбающемся лице Эли кто-то написал большими неровными буквами: «Ты – труп, стерва».

Спенсер смотрела на надпись. Почерк она узнала мгновенно. Мало у кого строчная буква «Э» похожа на курчавую двойку. За все годы учебы в школе Мелиссе поставили «четверку» только по одной дисциплине – чистописанию. Учительница, которая вела этот предмет у Мелиссы во втором классе, сурово критиковала ее за некрасивый почерк, но так и не отучила от привычки писать смешную «Э».

Спенсер, жалобно вскрикнув, выронила снимок из рук.

– Спенсер? – окликнула ее из-за двери Мона. – Что с тобой?

– Ничего, все в порядке, – не сразу отозвалась она.

Потом посмотрела на пол. Фото упало изображением вниз. На его обратной стороне тоже темнела надпись.

Берегись… а то и ты, стерва, станешь трупом. – Э.

31. Некоторые тайны имеют более глубокие корни

Ария открыла глаза. Кто-то мокрый и пахучий лизал ее лицо. Она протянула руку, и ладонь утонула в мягкой теплой шерсти. Почему-то она лежала на полу арт-студии. Вспышка молнии озарила помещение, и Ария увидела Дженну Кавано и ее пса.

Пронзительно вскрикнув, она резко села.