Изменить размер шрифта - +
Демоны – они не зарождают в людях плохое, они помогают его взрастить. Если человек чем-то недоволен, то они увеличивают это в злость, потом в ярость. Бешеную ярость, за пеленой которой человек способен совершать безумные поступки. Если с человеком обошлись нечестно, то демон помогает это увидеть человеку, понять, что это несправедливо. И так со всем и всеми.

-Ты не можешь быть злым! – выкрикнула я и обвила руками талию Яна и услышала характерный смешок. Ян сдавил меня до боли в ребрах, он словно был мной.

-Малыш, ты даже не представляешь, как ты нужна мне, твоя вера и любовь.

-Кто тебя сказал, что я люблю тебя? – насупилась я и приподнялась с кровати.

Я даже себе не могла ответить на этот вопрос, откуда же он знает на него ответ? Мне не открыта тайна души моей, а ему? Неужели все знают, что я чувствую, кроме меня самой? А если всё же задать себе этот вопрос? Сейчас? Люблю ли я его? Этого нахального блондина с прекрасными голубыми глазами, обворожительной улыбкой, не самым лучшим характером, будущего Сатану, грозу всех демонов, может быть, тысячелетнего старца, но, несмотря на всё, такого привлекательного? Да! Люблю! Его! Одного!

-Мне не нужно, чтобы мне это кто-нибудь говорил, я читаю это в твоих глазах и прикосновениях, а слова – они такие лживые, -  улыбнулся Ян и, наклонившись, поцеловал меня. Нежно и трепетно. Как будто я его единственное сокровище в океане разных побрякушек, а я просто наслаждалась, поперек смущению. Мой первый поцелуй… он был восхитительным. Я услышала смех моего жениха, поэтому непонимающе подняла на него глаза. – Малыш, ты совершенно не умеешь целоваться, - все еще смеясь, прокомментировал Ян и залился еще большим смехом.

Мои щеки мгновенно вспыхнули, я не знала, куда себя деть от смущения, поэтому схватила подушку и стала колотить ею своего жениха, который притворно ойкал и ахал, после чего выхватил у меня подушку, прижал мои руки к кровати и навис сверху, поцеловав. На этот раз поцелуй был более требовательным, но всё таким же нежным и трепетным, а в моем животе забулькали бабочки.

-Учить-то надо, - снова прокомментировал Ян, отстранившись, и вновь залился звонким смехом, но уже не отпуская мои руки. Я пыхтела и возмущалась, но мой жених на это никак не реагировал, - ты такая милая, когда стесняешься. У тебя даже ушки покраснели.

-Ян! Прекрати! Это я вообще-то из-за тебя ни с кем не целовалась! – возмущенно пропыхтела я.

-Да ну? Ты всю жизнь меня ждала, солнышко мое ненаглядное? – усмехался Люциян.

-Ты сам говорил, что все мои неудачи с парнями – твоих рук дело.

-Ну, в общем-то, да, - протянул парень, а потом хищно улыбнулся, - но твой консерватизм и такая разборчивость в парнях – лично твоя заслуга.

-Я вообще с тобой целоваться не буду! – крикнула я.

-А вот это, дорогая моя, ультиматум. А я, знаешь ли, обожаю их игнорировать, еще с детства, - пропел у меня над ухом Ян и снова впился в мои губы.

Сначала я старалась возмущаться и сопротивляться, хотя бы ради приличия, но потом отбросила их к черту, и, когда жених отпустил мои руки, обвила его шею, отвечая на столь сладостную негу. Ян стал стягивать с меня рубашку, причем, к моему великому удивлению, я не умела ничего против, но тут стук в дверь полностью нас обезоружил. Ян подлетел вверх, впечатавшись в потолок, я испугалась, что сейчас он так же упадет вниз, поэтому перекатилась на край кровати, а Люциян рухнул, стукнув кулакам по кровати, на то место, где пару секунд назад лежало мое тело.

Около двери стояла Даша, которая, собственно, и подбросила Яна к потолку, оторвав от меня. Я засмущалась, натягивая одеяло к подбородку и застегивая пуговицы на рубашке, а Даша, изначально сверкавшая яростными глазами, теперь умильно усмехалась.

-Мам, скажи, у тебя какой-то датчик стоит что ли? Почему ты всегда так вовремя приходишь? – спросил Ян, поднимаясь с кровати.

Быстрый переход