-Мы свидетельствуем это, - хором произнесли пять демонов, стоящих на внешних концах  пентаграммы.

-Мы собрались здесь, чтобы не только засвидетельствовать вступление в брак с человеческой женщиной одного из нас, мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать вступление на престол Сатаны и Его спутницы. Жена будущего властителя Ада должна являться «чистой душой», посему человеческая женщина должна пройти испытание Всадников Апокалипсиса, - громогласно объявил Брань, уже поднимая тяжелую палицу, удерживая её в горизонтальном положении.

-Пусть наши орудия правосудия, - эхом отзывались слова Всадников, сказанные всеми вместе. «Алмазы» Смерти зависли в воздухе, повинуясь каждому движению своего хозяина. Катана заняла вертикальное положение, а в другой руке Чумы красовался короткий вакидзаси. Арбалет занял место в руках своего властителя, а колчан переместился за спину. Я судорожно сглотнула, когда взоры всех Всадников были прикованы ко мне, в глазах затаилось что-то с привкусом горько-страшного недуга, но мой взор переместился на моего жениха, который стоял уверенный и сильный. И эта его уверенность перекочевала ко мне, разливаясь теплой волной по моим жилам и венам, отгоняя страх и смущенность прочь, - выявят правду о намерениях невесты Люцияна, сына Люциуса.

-Есть ли в твоих действиях что-то предрассудительное, заранее продуманное и веющее зло твоему жениху? – спросила Чума, готовя катану занести над моей головой.

-Нет, - мой голос прозвучал хрипло, но ответ услышали все.

Удар катаны, казалось, был бешеной силы, но ярко засветившись, она остановила свое движение, и хозяйка вернула своё оружие на прежнее место, воткнув в землю. А сама опустилась на одно колено.

-В поступках и действиях человеческой женщины не было злого умысла. Я признаю её Власть, я клянусь ей в своей верности, я буду оберегать молодую госпожу ценой своей жизни.

-Скажи мне, творила ли ты когда-нибудь зло, умышленно стараясь причинить вред униженному и оскорбленному? – следующий вопрос был от Голода, который уже поставил арбалет в горизонтальное положение и готов был прицелиться, сразу после моего ответа, который последовал незамедлительно: «Нет».

Стрела разлетелась на мелкие кусочки, предварительно засияв, словно бенгальский огонь. Я вздохнула с облегчением, практически почувствовав острие стрелы у себя на лбу.

-Эта человеческая женщина никогда не совершала зло, унижала или еще каким-либо способом подвергала живых существ мукам. Я признаю её Власть, я клянусь ей в своей верности, я буду оберегать молодую госпожу ценой своей жизни, - говорил Голод, уже стоя на одном колене и приклонил голову под конец своей речи.

-Пыталась ли ты когда-нибудь в своей жизни сеять раздор и вражду между людьми, животными или другими живыми существами, встречавшимися на твоем пути? – спросил война.

Я мысленно вспомнила: как к рыбке Петушок подсадила другого представителя Царства Морского, после чего пыталась отсадить друг от друга подравшихся самцов, но, подумав, что это было не умышленно, а значит я не «пыталась» сеять раздор и вражду, мотнула головой и ответила «Нет». В тот же миг моя голова была практически раздроблена железной палицей, которая в доли секунды до соприкосновения с моей головой встретила сопротивление невидимым щитом. Я облегченно вздохнула, а Брань опустился на колено.

-Никогда не сеявшая раздор и войну признается «чистой душой», а посему я признаю её Власть, я клянусь ей в своей верности, я буду оберегать молодую госпожу ценой своей жизни.

-Ответ на мой вопрос может даться тебе сложнее всего, ведь для этого тебе нужно повиниться перед собой, а не перед другими, - Морт был, как всегда, тих, но уверен, я развернулась к нему лицом и посмотрела в черные глаза, – Один вопрос, один ответ, один удар. Если бы у тебя был выбор, ты бы хотела вернуться на землю, а не стоять здесь, посреди пентаграммы, вовлеченная в ритуал?

Сердце пропустило удар.