Абигайль судорожно сглотнула. Похоже, маркиза и в этот раз права.

— Вы же знаете, милорд, — промолвила высокая белокурая девушка, стоя рядом с Фицем на крыльце у парадной двери, в которую уже стучал ее лакей, — что в обществе не принято наносить утренние визиты вместе с детьми. Теперь, когда у Пенни есть няня, вы могли бы оставить ее дома.

«Ну да, — с горечью подумал Фиц, — в кишащей тараканами комнате». Однако он не стал возражать своей спутнице.

— Зовите меня Фиц, леди Салли. Что же касается причин, заставивших меня взять дочь с собой, то скоро вы узнаете о них.

— Нет, я буду называть вас Дэнкрофт, — возразила та. — Я на десять лет моложе вас, и с моей стороны было бы непростительной фамильярностью обращаться к вам по имени.

О, самонадеянная молодость! Салли, несомненно, считала себя воспитанной девушкой, но при этом бесцеремонно делала ему замечания, осуждая Фица за нарушение этикета. Сестер Квентина воспитывали в строгости, с детства прививая им хорошие манеры. Соблюдение приличий было для них превыше всего. Их отец знал, что однажды унаследует титул маркиза, и поэтому готовил дочерей к жизни в светском обществе. Фиц не сомневался, что через пару лет они будут диктовать в столичных салонах правила общения.

Фиц вдруг почувствовал себя рядом с Салли старым, умудренным горьким жизненным опытом ловеласом.

Войдя вместе с отцом в роскошный дом леди Белден, Пенни слегка оробела. Они оказались в просторном холле с высоким лепным потолком. На стенах красовались огромные — в человеческий рост — живописные полотна и висели декоративные подсвечники.

Фиц отвлек внимание дочери от обнаженной статуи в нише и показал на огромный букет, стоявший на высоком ларе. Рядом лежал серебряный поднос, на котором посетители обычно оставляли визитные карточки.

— Я хочу цветок, — прошептала девочка, глядя с тоской на прекрасные розы.

— Я куплю тебе букетик позже, если ты будешь хорошо себя вести, — пообещал Фиц.

Пенни кивнула с серьезным выражением лица. Она озиралась с круглыми от изумления глазами и жалась к отцу. Фиц вдруг заволновался. Теперь он сомневался в том, что правильно поступил, взяв с собой в этот роскошный аристократический дом незаконнорожденного ребенка, не получившего должного воспитания.

Но Пенни так хотелось пообщаться с мисс Мерриуэзер! Девочка тосковала по ней.

— Мисс Абигайль! — В восторге вскричала она, завидев своего кумира в гостиной, куда гостей провел дворецкий. Элегантно обставленное помещение больше походило на бальный зал с высоким потолком. — Папа обещал подарить мне букет!

Вырвав руку из ладони отца, девочка бросилась к Абигайль и упала в ее объятия. Фиц с удовольствием сделал бы то же самое. Он едва не лишился дара речи вчера, когда увидел девушку в новом платье для прогулок.

Сегодня бывшая мисс Огородница выглядела просто сногсшибательно. Она казалась невесомой в легком зеленом платье с тугим корсажем, плотно облегавшим пышную грудь, от которой ткань ниспадала широкими складками. Под ними угадывались соблазнительные женственные формы. Слава Богу, сегодня на ней не было головного убора, и Фиц мог любоваться ее рыжеватыми локонами, стянутыми лентой. Они обрамляли лицо Абигайль с тонкими чертами, которое Фицу хотелось осыпать поцелуями.

Он сжал кулаки, едва поборов искушение дотронуться до ее непослушных шелковистых кудрей. Но тут леди Салили незаметно дернула его за рукав, и он, опомнившись, отвесил учтивый поклон, а потом поцеловал руку леди Изабеллы.

Хозяйка дома предложила гостям чай, хотя Фиц с большим удовольствием выпил бы бренди.