– Хочешь вернуться в Луцкое? – еще раз проговорил он голосом змея-искусителя. – Для этого есть только два условия.

Вавила снова помотал головой, выгоняя остатки хмеля.

– Первое, – спокойно сказал князь Федор. – Ты должен умереть.

– У-у-у… – прогудел отец Вавила, пытаясь повторить роковое слово, а рука его в это время воровато скользнула к огромному ножу, лежащему на столе.

– Не бойся, – хохотнул князь Федор. – Я не имел в виду, что ты будешь похоронен на семейном кладбище, хотя лет этак через полста такое может статься. Но пораскинь мозгами… кстати, ты считать умеешь?

– До трех, – угрюмо буркнул Вавила.

– Больше и не требуется. Итак, задачка на сложение. Имеется у нас отец Вавила, состоящий из двух слагаемых: Владимира Луцкого и Семена Уварова. Прикинь, кто останется, если исчезнут и отец Вавила, и Семен Уваров?

– В-в-в… – проблеял рыжий поп, и на сей раз можно было понять, что сие означает «Владимир».

– Ну, понял? – терпеливо спросил Федор.

– Понял, – осторожно прошептал злополучный питомец Лихудов. – Понял, ей-богу, понял! Я просто-напросто сбегу, исчезну – и явлюсь к батюшке под своим именем. Теперь-то он меня не выгонит, теперь-то ему нужен наследник. Луцкое достанется мне!

Он выскочил из-за стола и пошел по комнате вприсядку, но на середине сбился и кинулся было припасть к князевой ручке, однако что-то в его улыбке остановило Вавилу:

– Так? Не так?

– Не совсем так, – осторожно ответил князь Фе-дор. – Если ты сбежишь, тебя начнут искать. И рано или поздно кто-то вспомнит, что именно в тех местах, откуда родом Семен Уваров, в святом постриге отец Вавила, объявился его двойник. Все ясно! Сбежал, скрылся на родине под вымышленным именем! И… и все, поминай как звали, молодой граф Владимир! Еще и отца притянут за обман церкви. Ох, разойдется Синод!.. Ну, ты представляешь. А вот если непутевый отец Вавила через некоторое время помрет и будет похоронен, в той же могилке навеки упокоится и Семен Уваров. А ты сбреешь бороду и поедешь к отцу – вступать во владение хозяйством. Так?

– Так! Так! – взревел отец Вавила, восторженно воздев руки. – Vivat maecenatum caritas!  – И тут некая трезвая мысль пробилась сквозь опьянение картинами грядущего: – Вы говорили… вы сказать изволили, мол, два условия, да? Первое, стало быть, мне понятно, я его принимаю с охотою. А… второе? Второе каково?

Он глядел с опаскою, но лицо его озарилось облегченной улыбкою после слов князя Федора:

– Прежде чем проститься с саном и жизнью, отец Вавила должен будет меня обвенчать.

– Милое дело! – возопил рыжий. – Да это же благолепие! Сие мне будет в радость вящую! Это же проще простого!

Он был так умилен, пребывал в таком откровенном восторге, лицо его сияло такой радостной готовностью услужить своему maecenatum, он так часто повторял: «Да это мы раз-два и готово!», что князь Федор пожалел его разочаровать и решил пока промолчать о подробностях, чтоб до поры до времени не напугать своего нового сообщника.

14. Ночные приключения

– Постой! – Савка, чудилось, выскочивший из стены, проворно поймал за рукав Вавилу, торопливо идущего по коридору. – Умерь-ка прыть! Сперва мне скажи: видел?

– Кого? – сделал невинным свое конопатое лицо Вавила, но Савка так на него зыркнул, что поп сдался: – Глаза мои при мне пока что. Видел!

– Ну, и какова? – не отставал Савка.