Выпрыгнув из-за угла здания, за которым до этого момента так успешно пряталась, и в три прыжка нагнав улепётывающего кузена Бернардо, раскинула руки в стороны и громко заголосила.

— Ой, что средь бела дня творится-то! — Сцапав опешившего Дара за руку, развернула его лицом к Миладе, гордо возвышающейся над поверженным бомжом, и затарахтела с пулемётной очередью. — Парень, смотри, яка гарна дивчина пропадает! — Встряхнув молодого человека, всё ещё не теряла надежды на счастливый исход операции. — И красивая, и сама за себя постоять сможет, и улыбчивая…

— И-извините, мне д-домой с-срочно надо! — проблеяло это чудо природы, по недоразумению названное мужиком.

— Какой «домой»?! — хором с лежащим ничком Максимом взвыла я. — А как насчёт познакомиться?

— Дар! — протянул руку для пожатия, а на лице читается всего одно желание: сбежать отсюда куда подальше.

— Да не со мной, ду… — чуть не ляпнув непечатное ругательство, вовремя прикусила язык. — Предлагаю знакомство с вот этой рыжеволосой красавицей, которая…

— Я боюсь её, — бесхитростно возвестил парень, спиной вжимаясь в меня.

— Честное слово, она не кусается, — окинув скептическим взглядом Топоркину, подтолкнула сына Льюиса к девушке. — Дар, познакомься, это Милада! — Так и не дождавшись хоть каких-то телодвижений от молодого человека, закончила словесную часть знакомства. — Миладочка, позволь представить тебе кузена Бернардо — Дара!

Рыжеволосая бестия ложной скромностью не страдала, поэтому поспешно перестала пинать валяющегося на земле Максима, и повернулась в нашу с парнем сторону. Нервно хихикнув, Топоркина испуганно посмотрела на меня, усиленно семафорящую глазами Заборному, чтобы уползал отсюда, пока есть такая возможность. Сообразив, что меня поймали с поличным, мило оскалилась во все тридцать два зубами и поспешно затарахтела, старательно переводя тему разговора в другое русло:

— Прекрасная сегодня погода, не находите?

Отпрыск Льюиса с нескрываемым скептицизмом покосился на тёмно-серое небо, по которому было прекрасно видно, что в любой момент может пойти проливной дождь. Единственная кровиночка мирового судьи оказалась, куда как проницательнее и, приняв по её сугубо личному мнению самую соблазнительную позу, жеманно зачирикала.

— Погода просто прекрасная: дует освежающий ветерок, солнышко глаза не слепит… — бросив хитрый взгляд на молодого человека, который, совершенно не скрывая обуревавших его сомнений относительно адекватности нашего бабского коллектива, искал пути отступления, поспешно сцапала под руку нового знакомого. — Майечка, ты, наверное, спешишь? — и такую зверскую рожу состроила, что даже если бы и хотела, то банально побоялась бы остаться вместе с новоиспечённой парочкой.

— Ой, Миладочка, и не говори, — наигранно всплеснув руками, состроила благодарную рожицу. — Спасибо, что напомнила: заболталась тут с вами, а меня же Эрик ждёт!

— Да, некрасиво получилось, — подыграла мне рыжеволосая. — Ну, беги тогда к своему начальству, а то ещё выговор влепят или, того хуже, премии лишат.

— Конечно-конечно, — бросив настороженный взгляд на замершего каменным истуканом парня, искреннее начала опасаться за его душевное равновесие. Решив, что всё-таки нужно повысить шансы на выживание сильной половины человечества, насильно всунула ему в руки свою визитную карточку. — Вот, Дар, если возникнут проблемы — не стесняйся, звони!

Высказавшись и посчитав свой профессиональный долг помощницы свахи выполненным, резко повернулась на сто восемьдесят градусов и уже приготовилась поспешно скрыться за ближайшим поворотом, как кузен Бернардо наконец-то ожил.