Она хохотнула.

- За рулем сидит мужчина, с ним рядом - девушка.

- Девушка?

Я нахмурился. Беннетт стяжал себе славу закоренелого женоненавистника, не подпускающего агента в юбке ни к одному заданию, коль скоро оное не вовлекает вопросов постельных. Впрочем, следовало, кажется, менять сложившееся в моей голове мнение о старине Беннетте. Сукин сын являл неожиданную сообразительность и проворство.

- Присмотрись получше, - попросил я. - Проверь.

- Незачем.

Карина улыбнулась: лукаво и самодовольно.

- У девицы на левой щеке большая марлевая повязка. Зовут бедняжку Грета Лагертсен. Имя водителя - Карл Иохансон. Вы уже встречались и знакомились... Послала милую пару, конечно же, Астрид... А ты решил, кто-то иной?

Сделав глубокий вдох и не менее глубокий выдох, я чуток успокоился. Почувствовал изрядное облегчение. Все-таки я ошибаюсь редко. Беннетт продолжает рыскать по Швеции, выискивая окаянного Мэтта Хелма, покуда люди поумнее и поопытнее ловят упомянутого Хелма в Финляндии.

Приятно сознавать, что тебя не обставил напыщенный болван!

- Да, ты угадала, - признался я. - Получается, Грета возвратилась на поле брани, вопреки боевым ранениям? Решительная особа, ничего не скажу. После эдакой обработки...

- Думаю, она в бешенстве, и жаждет отомстить. Решила, будто изуродована отныне и навеки, преисполнилась лютости, ринулась наперерез виновнику...

- Черт, ведь не я же искромсал ее!

- Твой напарник - невелика разница. Злоба кипит и просит выхода. Злобу надо сорвать на ком-то, милый...

"С Кариной следует держать ухо востро, - подумал я в несчетный раз. - Просто неприлично девице обладать подобными мозгами".

- Будем надеяться, ты права. И будем надеяться, Карл Иохансон взбешен еще больше приятельницы. Они любители, Карина. Раздраконившийся до белого каления любитель склонен совершать поступки, противоречащие наипростейшему здравому смыслу. Если эти двое злятся - значит, сдали в архив даже те немногие извилины, которыми обладали прежде...

Карина поколебалась.

- Мэтт!

- А?

- Очень хороший автомобиль, "ауди"... Проходимость великолепная, а мы ведь не знаем, каковы дороги возле той деревни. После дождя и снега обычная машина - тем паче, наш малыш - и застрять может. Вдобавок, мотор чихает, сам дергаешься каждые полминуты... Понимаешь?

Я воззрился на Карину с неподдельным почтением.

- Все-таки тебя нужно завербовать, и попроворнее! Чрезвычайно здоровые бандитские наклонности, чистая находка для нашей службы... Но постой, ведь тебе, кажется, ведено работать на Олафа?

- Маленькая послушная барышня Сегерби, - ухмыльнулась Карина, - приказала долго жить. Смирения отныне уже не требуется. Нужная цель достигнута.

- И какая же? - полюбопытствовал я. Карина отмолчалась.

- Выдвигай предложения по захвату неприятельской колымаги, - промолвил я.

Порядок действий мы разработали сообща. Первым шагом нашим было задержаться в Оулу и побродить по магазинам: во-первых, убедить противника, будто не подозреваем о "хвосте", во-вторых, купить кой-какое снаряжение, ибо шнырять по арктическим пустошам в относительно легкой одежде не годится.

Карине, помимо прочего, требовался и костюм для некоей не вполне понятной роли. А еще она купила коротенькую, прозрачную, отороченную кружевами ночную сорочку, надеясь, видимо, употребить ее нынче же ночью. Конечно, если удастся провести эту ночь совместно...

Все предшествовавшие встречи со скандинавской таможней были вполне и совершенно безопасны, однако на сей раз я тщательно растыкал огнестрельную контрабанду по наименее доступным уголкам красного фольксвагена. Пересекать границу подле Хапаранды, откуда рукой подать до секретных армейских объектов, следовало весьма осторожно. Это вам не в Турку с парома съезжать.