Мануэль тоже увидел его и поднялся на ноги.

— Нам туда, — сказал он и пошел дальше по берегу.

— Ты сегодня ночью нашел несколько?

— Только одну. Такую, о каких я рассказывал.

— Muy bien.

Они молча шли вдоль пляжа, но идти пришлось недалеко. Примерно через сотню ярдов Хулио увидел на песке тусклое и слегка пульсирующее фиолетовое мерцание.

— Это она?

— Она самая, — ответил Мануэль.

Черепаха весила не меньше центнера и была примерно в метр с четвертью длиной. У нее были характерные для кожистых черепах пластины панциря размером с мужскую ладонь. Коричневатые, с черными полосами. Пресмыкающееся наполовину зарылось в песок и продолжало углублять яму задними ластами.

Хулио стоял над черепахой и смотрел на нее.

— Это то начинается, то прекращается, — сказал Мануэль.

И вот то, о чем он говорил, началось. Фиолетовоесвечение, исходившее, казалось, из пластин панциря. Некоторые из них не светились и оставались темными, другие вспыхивали и гасли, третьи светились, не переставая. Каждый импульс длился около секунды. Пластина быстро вспыхивала и медленно гасла.

— Сколько таких черепах ты видел? — спросил Хулио.

— Эта — третья.

— И это свечение удерживает ягуаров на расстоянии?

Хулио продолжал наблюдать за мягкой фиолетовой пульсацией. Что-то в этом казалось ему знакомым. Это напоминало свет то ли светлячка, то ли люминесцентных бактерий в волнах прибоя. Что-то такое, что он уже видел.

— Да, ягуары предпочитают держаться от них подальше.

— Подожди-ка минутку, — сказал вдруг Хулио. — А что это такое? — Он показал на панцирь, где светящиеся и темные пластины образовывали некий узор.

— Да, такое бывает.

— Но ты это видишь?

— Да, вижу.

— Это похоже на шестиугольник.

— Даже не знаю…

— Напоминает символ какой-то корпорации, ты не согласен?

— Возможно.

— А другие черепахи? У них тоже высвечивался такой же символ?

— Нет, у каждой свой узор.

— Значит, ты думаешь, этот напоминает шестиугольник случайно?

— Да, Хулио, думаю, это так. Сам посмотри: узор на панцире не идеальный, он не симметричный.

Пока он говорил, свечение прекратилось. Черепаха снова была темной.

— Ты можешь сфотографировать этот узор?

— Я уже сделал это. Правда, без вспышки, с большой выдержкой, так что снимок получился немного размытым, но он у меня есть.

— Хорошо, — кивнул Хулио. — Это наверняка какое-то генетическое изменение. Давай проверим журнал посетителей и выясним, кто мог это сделать.

ГЛАВА 048

— Джош! Звонила его мать.

— Да, мама?

— Я подумала, что тебе нужно это знать. Ты помнишь сына Лоис Грэхэм? Эрика, того, который сидел на героине? Произошла ужасная трагедия. Его больше нет.

Джош издал протяжный вздох, откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

— Как это случилось?

— Он разбился на машине, но, когда сделали вскрытие, или как там это у них называется, оказалось, что у него случился инфаркт. А ведь ему был всего двадцать один год, Джош!

— Может, это у них наследственное?

— Нет.