Легионеры поспешили выполнить его приказы. К его облегчению, петли тяжелых каменных створок повернулись легко, а брус свободно скользнул по смазанным кронштейнам.

Когда он занял свое место, ворота с грохотом содрогнулись. Парой секунд спустя все повторилось, и в брусе появилась трещина.

— Они не выдержат, — воскликнул один из наездников.

— Да, — произнес Барерис. — Не выдержат. Все — по коридору и уходите через ту дверь. — Они поспешили вниз по проходу, и он последовал за ними, прикрывая тыл.

Оказавшись в центральном зале, бард обнаружил, что его ожидания оправдались. Стражники Ксингакса уже заняли позиции, намереваясь помешать налетчикам продвинуться хоть на шаг дальше. Пестрые толпы орков, гоблинов, гноллов, солдат–людей, Красных Волшебников, зомби и более могущественной нежити перекрыли каждый проход и осыпали нападавших стрелами и заклинаниями с галерей над их головами.

Другими словами, защитники крепости удерживали позиции на высоте, окружив южан, но у воинов совета было настолько большое численное преимущество, что это могло не сыграть никакой роли. Но то чудовище снаружи все меняло.

— Закройте эти ворота! — крикнул он перегнавшим его людям. — Опустите решетку!

К нему устремилась Таммит. Её меч, губы и подбородок были в крови.

— В чем дело? — спросила она.

— Нас преследует тварь, которую Ксингакс держал за стенами крепости, — ответил он. — Почему ты меня о ней не предупредила?

— Потому что сама о ней не знала, — произнесла она. — В последний раз я была здесь три года назад. Должно быть, Ксингакс создал её после моего последнего визита. Что она из себя представляет?

— Понятия не имею. Но дело плохо — мы не сможем помешать ей проникнуть в крепость. Большей части отряда придется развернуться и дать ей бой, но не всем, иначе остальные прислужники Ксингакса сомнут нас с фланга. Проследи за тем, чтобы этого не произошло.

— Слушаюсь, — сказала она.

Внутренние ворота с грохотом захлопнулись, а решетка опустилась.

— Нас преследует огромная тварь! — прокричал Барерис. — Всем, кто владеет волшебством, необходимо атаковать её, как только она появится в поле вашего зрения. Когда она проломит решетку, на неё должны обрушиться грифоны. Уничтожим её ещё в проходе, где стены помешают ей свободно двигаться.

Его отряды поспешно приготовились исполнять приказы. Стоявшие наверху на противоположной стороне комнаты кровавые орки–сержанты заметили, что столько врагов повернулось к ним спиной, и завопили, призывая своих людей удвоить усилия.

Внутренние ворота трижды содрогнулись, а затем разлетелись на куски. Чудовище перешагнуло через обломки, и на него обрушилась сила южных священников и магов. Благодаря промежуткам между стальными прутьями решетка не стала препятствием для вспышек и лучей мистической энергии.

В монстра летели стрелы голубого пламени, а заряды пламени Коссута оставляли ожоги на его морде. Ослепительная потрескивающая молния ударила его в грудь, но не оставила на ней ни царапины. Закричав, Барерис ударил его звуковой волной. Стоявший позади него Красный Волшебник Воплощения наставил на монстра жезл из слоновой кости и произнес слово силы. Ничего не произошло, и он выругался.

Гигантский ящер продолжал приближаться, проломив по пути решетку, словно та была не прочнее паутины, но замешкался, запутавшись ногами в погнувшихся остатках штырей. В тот миг, пока задняя часть его туловища все ещё оставалась в проходе, его атаковали грифоны и их наездники. Вспрыгнув на спину Убийства, Барерис поспешил присоединиться к бою.

Клювы, когти, копья и мечи вонзались в сочащуюся и смердящую мертвую плоть.