Дождь усиливается. Ветер стихает. Солнце опускается за горизонт.

На кладбище тихо, все спят. И только свежий могильный холмик как-то странно шевелится.

Сначала слегка вздрагивает, затем, весело похлюпывая, осыпается мокрой глиной с краёв, и наконец земля сдается, и на свет, лунный свет, появляется чья-то скрюченная, местами почерневшая, грязная рука.