— Ты не хуже меня знаешь, что камень Смерти не всегда указывает на смерть. Очень часто он означает просто… — она понизила голос и зашептала в самое ухо Хейт, — новое начало. — Ивлин вздрогнула. — А сейчас тебе лучше всего выспаться.

Хейт опустила голову на ладонь. Ивлин видела, как затряслись ее плечи. Она не понимала всего этого колдовства и не хотела понимать, но горе Хейт, так беспокоящейся о своем муже, находило отклик в ее сердце.

— Я не засну, — наконец проговорила Хейт.

— Попробуй ради ребенка. Она-то не может всю ночь держать свои маленькие глазки открытыми. — Минерва протянула через стол руку, и Хейт вложила свою ладонь в ее пальцы.

— Ну ладно, — прошептала она. — Спокойной ночи, Минерва. — Хейт поднялась из-за стола, ее взгляд встретился с глазами леди Ивлин. Хейт заморгала, как будто только сейчас заметила, что монахиня сидит с ними за одним столом. — Спокойной ночи, леди Ивлин.

Ивлин улыбнулась и кивнула:

— Спокойной ночи.

Когда Хейт с ребенком на руках вышла, Минерва уронила голову. Ивлин заметила, как побледнела колдунья.

— Простите меня… Минерва.

Старуха искоса посмотрела на нее из-под руки.

— Вы нездоровы?

— Нездорова? — Минерва усмехнулась. — Нет, детка. Просто я старая и очень, очень устала.

Ивлин не знала, что на это сказать. Минерва продолжала пристально изучать ее. У Ивлин даже возникло желание перекреститься.

— А что будет с тобой, сестра Ив? Вернешься в обитель?

От этой мысли у Ивлин перехватило дыхание. Она с трудом выдавила:

— Нет-нет! Это место… оно плохое.

Минерва кивнула, как будто отлично поняла ее.

— Значит, останешься в Хартмуре?

Ивлин нахмурилась:

— Я не знаю, где еще могу приклонить голову. Я не хочу оставаться здесь. Леди Симона ненавидит меня. Конечно, я знаю, что Ник… лорд Николас не откажет мне… Но ведь я заставила его страдать.

— Да, заставила.

Ивлин кивнула:

— Я хочу… хочу уснуть и проснуться далеко-далеко отсюда. И все забыть. Хочу оказаться там, где никто меня не знает, и начать жизнь сначала.

— Правда хочешь? — спросила старуха.

— Да. — Ивлин посмотрела прямо в глаза колдунье. И похолодела. «Господи, прости меня грешную за то, о чем я хочу попросить». — Минерва, вы… вы можете это сделать? — шепотом закончила она.

— Не так, как ты думаешь, детка, — улыбнулась старуха. — Но возможно, мы сумеем друг другу помочь.

В душе Ивлин страх боролся с волнением.

— Как?

Минерва с трудом поднялась на ноги.

— Скоро. А ты держи язык за зубами и будь готова, если я шепну тебе словечко, поняла?

Ивлин ничего не поняла. Она едва сознавала, что отдает свое будущее в руки этой старой насмешливой ведьмы. Но все же кивнула и пообещала:

— Я буду готова. Сказано это было всерьез.

Глава 26

Одну за другой Николас быстро переставлял ноги по мерзлой земле и грязи. Дыхание со свистом вырывалось у него из груди. Всю ночь он шел, не позволяя сменить себя. Он сам проделает каждый шаг тяжелой дороги с носилками, на которых лежит Тристан. Глаза Ника не отрывались от восточного горизонта, шаг не замедлялся ни на минуту.

В голове билась одна неотступная мысль: «Кровь брата на мне, кровь брата на мне».