— А потому, mon enfant, — стал объяснять Арман так, словно она была маленькой девочкой, — что после венчания ты будешь жить в покоях своего мужа. Тебе ведь понадобятся твои вещи?

Симона кивнула.

— Bon. Вот и отлично. А теперь иди спать. — Арман направился к двери, но обернулся и сообщил: — Хотя бы раз ты послужила мне, как должно.

И Симона осталась в благословенном одиночестве. Она понимала, что никогда не убедит Ника в том, что это была не ловушка с целью заполучить его в мужья. Он с самого начала это подозревал. Симона ясно дала понять, что собирается замуж за старика Холбрука, Но разве Ник поверит? Ей оставалось только надеяться, что до барона еще не дошли слухи, которые тянулись за ней из Франции.

Судьба снова ополчилась против нее. Симона не стала гасить свечу и заснула в слезах.

Глава 4

Нику казалось, что его изо всех сил ударили по голове. Как будто кулак Господа опустился ему на макушку, чуть глаза не вылетели из орбит.

Ник с рычанием перевернулся и голым коленом почувствовал что-то мягкое и теплое. Попробовал прикрыть ладонью глаза и снова задел чью-то гладкую кожу.

Голова трещала от боли. Ник опять зарычал и с трудом приоткрыл один глаз — конечно, еще не рассвело.

Справа раздалось мелодичное постанывание. Ник осторожно повернул голову и увидел хорошенькое, но нахмуренное личико спящей рядом блондинки. Очевидно, шум побеспокоил не только Ника.

— О Боже, что там такое? — сонно спросили слева. Он снова с величайшей осторожностью повернул голову. Зевающая брюнетка приподнялась на локте. Пышные темные пряди волос рассыпались по обнаженной груди.

— Ш-ш-ш… — прошипел Ник и заморгал. Казалось, звук ее голоса впивался прямо в мозг. Мелодичные голоса этих двух девиц так восхищали Ника минувшим вечером, а сейчас он был рад отдать все, что угодно, за мгновение полной тишины. — Не беспокойся… — начал было он сквозь стиснутые зубы, ибо каждый звук доставлял ему неимоверные мучения, но эти слова пропали втуне. Брюнетка вновь упала на подушку и тихонько засопела.

— Николас! Открой дверь!

Тристан.

«Господи, ну почему у меня есть брат? — жалобно размышлял Ник, с усилием садясь в постели. — Он только и делает, что ворчит на меня и путается под ногами».

К тому же он и не подумал оказать помощь Нику два дня назад, когда пришлось поспорить с королем.

В дверь заколотили с новой силой.

О Боже! Что сделать, чтобы грохот прекратился? Среди разбросанных шкур и покрывал Ник заметил глиняный кувшин, ногой подтянул его к кровати, ухватил поудобнее и швырнул в дверь. Кувшин разлетелся на тысячу осколков.

И тут наступила тишина. Благословенная тишина. Ник облегченно вздохнул, повалился на перину и натянул налицо одеяло, чтобы дать отдохнуть измученным глазам.

Следующий звук оказался едва слышным, но чуткое ухо Николаса безошибочно распознало позвякивание ключа и скрежет замка.

«Он не мог раздобыть ключ…»

Но тут заскрипели петли, и раздался возмущенный женский возглас. Ник стянул с лица одеяло и обнаружил, что на него взирает Тристан, но не один, а в обществе Хейт.

— Убирайтесь, — прохрипел Ник и опять натянул на глаза одеяло.

Послышались легкие шаги, и голос Хейт зазвучал у него прямо над ухом:

— Прекрасная мысль, лорд Николас.

Затем раздался шлёпок и женский визг. Ник, кряхтя, выглянул из своего теплого и спокойного кокона. Его случайную подругу-брюнетку волокли из постели. Леди Хейт довольно цепко ухватилась за растрепанные волосы обнаженной женщины.

— Убирайся отсюда, шлюха! — скомандовала Хейт и толкнула брюнетку к двери.