Радость, которую она испытала при его появлении, быстро ослабевала по мере того, как она вспоминала, что он тюремщик, а не спаситель. Когда Клэй взял ее за запястье и повел обратно в круг танцующих, у нее не осталось сил сопротивляться.

– Мы ведь давно не танцевали, да, Рейна? – тихо проговорил Клэй, прижимая ее к себе.

Его руки обвивали ее, словно стальные оковы. Прижимая к себе, он заставил ее тело почувствовать его ритм. Они легко двигались под музыку.

– Этого ты так хотела?

– Нет... я...

– Ты помнишь, как мы последний раз танцевали? – хрипло спросил он.

Рейна задумалась, сможет ли она когда-нибудь забыть тот вечер у Рандолфов. Тогда она думала, что Клэй великолепен. Она надеялась, что интересует его как женщина, и даже воображала, что влюбляется в него.

– Я помню, – прошептала она, поднимая на него взгляд.

– Я тоже, – ответил он.

Она уловила в его глазах искорку чувств, но он вдруг помрачнел и отвернулся. Ритм музыки был быстрым и чувственным. Рейна инстинктивно следовала за Клэем, будто была создана именно для того, чтобы находиться в его объятиях. Волнующий разгоряченный шаг заставил их сильнее ощутить тела друг друга.

Клэй знал, что должен привести Рейну обратно наверх, привязать к кровати и не спускать с нее глаз, пока их корабль не покинет порт. Однако по какой-то неизвестной причине ему хотелось другого. Он почти утратил контроль над собой, когда увидел, как она танцует с другими мужчинами. Рейна сказала им, что хочет повеселиться? Что ж, он даст ей это!

Когда музыка стихла, Рейна задыхалась от усилий. Клэй взял ее за руку и практически потащил к столу на краю площадки для танцев. Там он распорядился принести напитки.

– Оставьте так, – коротко распорядился он, заплатив официанту за бутылку виски и два стакана.

Официант ушел, а Клэй щедро разлил дешевое спиртное в два высоких стакана и протянул один из них Рейне.

– Я совершенно не хочу пить, – проговорила она, не притрагиваясь к стакану.

– Это то, что ты пила в другой компании, да?

– Да, но...

– Тогда пей, Рейна. Иначе, клянусь, я волью это в твое нежное горло.

Угроза была холодной и злой. Она знала, что ей лучше подчиниться.

Рейна глотнула ужасного виски и поморщилась.

– Пей все. Сейчас же. Ты хотела поучаствовать в вечеринке. Разве ты не развлекаешься?

Затаив дыхание, она осушила стакан и взглянула на Клэя с яростью:

– Вот! Доволен?

Вдруг его глаза блеснули ледяным презрением.

– Пока нет, моя дорогая. А как насчет еще одного? В честь того, что ты почти сбежала? – Он не дал ей ответить, налил еще, долив и в свой стакан, и выпил, кажется, даже не замечая крепости напитка. – Ты выглядишь не очень-то счастливой, Рейна, – насмешливо заметил он. – Хочешь еще потанцевать?

– Я не хочу танцевать и не хочу больше пить, – процедила она сквозь зубы, желая лишь сбежать от всех гуляк вокруг.

– Мне все равно, что ты хочешь. Я настаиваю.

Клэй заставил ее встать и снова повел на площадку, но музыка прекратилась. Пришлось немного подождать другую мелодию. Когда же музыканты вновь заиграли, Рейна с неудовольствием обнаружила, что это медленная мелодия. Движимый навязчивой идеей доказать свою правоту, Клэй крепко прижал ее к себе и принялся танцевать.

Рейне не хотелось танцевать с Клэем. Но крепкое спиртное начинало действовать на нее. Соблазн расслабиться и получать удовольствие от теплых сильных рук, обнимающих ее, а также от того, как легко он вел танец, росло. Она решительно противилась ему. И все же, борясь с чувствами, возникавшими по отношению к тюремщику, она поняла, что тот спас ее от Лео и Мики.