– Ты уже опоздала с едой для шерифа. Займись этим сейчас же.

– Да, конечно, – задыхаясь ответила Молли, торопливо двигаясь по кухне и собирая все необходимое.

В каком-то смысле она даже радовалась, что сегодня первым заданием надо будет отнести пищу в тюрьму. Чем меньше времени она проводила в изматывающем обществе Берты Харви, тем счастливее была, к тому же появилась возможность снова увидеть Девлина О'Кифа...

– Я хочу, чтобы ты отнесла пищу и тут же вернулась обратно. Не хочу, чтобы ты там болтала с заключенными. Поняла, Молли?

Едкое замечание хозяйки отвлекло мысли Молли от молодого человека, арестованного за убийство Педро Сантаны. Он почему-то все еще не предстал перед судом.

– Да, мадам, миссис Харви, – с уважением ответила Молли, – но я не думаю, что...

– Я плачу тебе не за то, чтобы ты думала, Молли. Я плачу тебе за работу.

Она замолчала. Любое возражение девушки было бы встречено ледяным взглядом. Она была очень ограниченной старухой, не терпевшей от работников дерзости.

Молли нагнула голову, чтобы Берта не смогла увидеть в ее глазах огоньки злой обиды. Она молчала, а хотелось поспорить и рассказать, что Девлин О'Киф, человек с дружелюбными голубыми глазами и мягким голосом, никак не мог быть тем негодяем, каким его все считали. Молли была в отчаянии. Она молчала, чтобы не рассердить чем-нибудь хозяйку, но та страшно подавляла ее.

Торопясь поскорее уйти, Молли дотронулась до кастрюли, в которой варилось мясо. Она обожглась и вскрикнула от боли. Неожиданно выпустив кастрюлю, она пролила немного содержимого.

– Косорукая! – высмеяла ее пожилая женщина, не двинувшись с места, чтобы помочь. – Теперь ты опоздаешь, как никогда. Прибери здесь и отнеси эти ведра в тюрьму.

Молли подавила слезы, кусая губу, чтобы отвлечься от боли.

– И помни о том, что я сказала. Я не желаю слышать, что ты разговаривала с теми двумя. Не хочу, чтобы у меня работала сука!..

– Я не сука! – воскликнула Молли, не в силах выносить оскорблений.

– И тебе лучше продолжать вести себя таким образом. Эти двое заключенных – не кто иные, как хладнокровные убийцы. Оба!.. Особенно этот Эйс Дентон. Ты же знаешь, его завтра повесят.

– Да, знаю.

Молли невольно вздрогнула при мысли о Дентоне. Девлин О'Киф казался невиновным, Эйс Дентон же – наоборот. В этом человеке было нечто для нее пугающее. Его глаза были холодными и мертвыми. Она не ощущала в нем никакой доброты, будто в нем воплотилось все зло мира. Ей не хотелось даже передавать ему еду через решетку.

– Пройдет не слишком много времени, прежде чем другого приговорят к повешению. Но мне грех жаловаться, что О'Киф живой. Я неплохие деньги зарабатываю, кормя его.

– Они ведь не собираются вешать его, да? – проговорила Молли не подумав.

Берта взглянула на нее с подозрением. Она хотела понять, почему для девушки это так важно.

– Он виновен. Весь город это знает. Шериф нашел улики, указывающие на него как на убийцу.

– Это еще не значит, что он убийца.

– Он убийца, мисс. Ни минуты в этом не сомневайся. Шериф Маколи не арестовал бы его, если бы не был в этом уверен. Так что это только вопрос времени. Тогда он заплатит по счетам, как Дентон завтра.

Берта не заметила ошеломленного взгляда Молли.

– А теперь отнеси туда эту пищу и поторопись назад. Тебя еще ждет много работы.

Молли закончила готовить горячий обед и отправилась в контору шерифа. Пересекая кишевшую людьми улицу, она направилась к тюрьме. Молли спрашивала себя убеждена ли она в невиновности О'Кифа? Весь город считал его убийцей. Почему она так не считает?

Дейв лежал на жесткой неудобной койке в своей камере, положив руки под голову и слепо уставившись в потолок.