Некоторые из женщин начали осуждать мужчин, в результате чего разразился скандал, и теперь уже все кричали – и мужчины, и женщины. Коротышка, бросивший яйцо, и толстяк катались по земле в тучах пыли, в то время как Беатрис Уолкер как ни в чем не бывало продолжала говорить.

Маленькая седовласая старушка, которой было, видимо, лет сто, колотила зонтиком всех попадавшихся ей мужчин. Неожиданно со страшным криком она накинулась на человека, стоявшего перед Кэролайн. Мужчина увернулся, и край зонтика задел вуаль Кэролайн. Шляпка слетела с головы – и полетела, крутясь и кувыркаясь, как раненая птица. Девушка в испуге стала озираться – нет ли поблизости каких-нибудь знакомых. Прикрывая лицо ладонью, она наклонилась, чтобы поднять шляпку, но кто-то снова задел ее, и та откатилась еще на несколько метров.

«О боже!» – мысленно воскликнула девушка. Став на четвереньки, она поползла между ног обезумевшей толпы. Когда же рука ее оказалась совсем близко от цели, чья-то нога наступила на край вуали. Кэролайн подняла глаза и увидела сначала высокие сапоги, а потом – мускулистые бедра, широкую грудь и широченные плечи. Перед ней стоял джентльмен в черных бриджах и сюртуке для верховой езды. Подбоченившись, он с невозмутимым видом глядел на происходившее. Темные глаза, прямой нос и высокие скулы придавали его лицу суровое и отчасти даже свирепое выражение, однако шелковистые черные кудри немного смягчали это впечатление.

– Что здесь происходит? – осведомился суровый джентльмен.

Некоторые женщины замерли, разинув рот. Да и мужчины явно оробели. Кэролайн же выпрямилась и отступила на шаг. И все присутствующие молчали – даже Беатрис Уолкер.

А незнакомец, нахмурившись, подошел к тому месту, где на земле лежал толстяк, на котором сидел коротышка, бросивший яйцо.

– Макалистер, что происходит?

Коротышка тотчас же вскочил на ноги, раскрыл было рот – но не смог произнести ни звука.

– Я жду ответа, – произнес строгий джентльмен.

– Это не моя вина, милорд! – завопил коротышка и ткнул пальцем в сторону Кэролайн. – Это все она!

– Неправда! – ответила девушка.

– Сущая правда! – кричал мужчина. – Это вы стукнули меня зонтиком! Да-да, это вы виноваты!..

Суровый джентльмен приподнял темную бровь и, взглянув на девушку, спросил:

– Вы действительно ударили его зонтом?

Услышав этот низкий голос, Кэролайн почувствовала, что у нее подгибаются ноги. Но она тотчас же сказала себе: «Ты сильная женщина, а сильные женщины не боятся мужчин – даже если у них широкие плечи».

Вскинув подбородок, она заявила:

– Да, это правда. Но я это сделала, потому что он хотел бросить яйцо в мисс Уолкер.

Пронзительный взгляд джентльмена обратился на Макалистера, и тот в отчаянии завопил:

– Милорд, но это было совсем маленькое яичко!

Джентльмен снова нахмурился и подал знак худощавому мужчине, стоявшему у него за спиной (тот был в черной униформе констебля).

– Инглс, мне кажется, Макалистеру нужно провести ночь в тюрьме – пусть подумает о своем поведении, – сказал грозный незнакомец, после чего обратился к Кэролайн: – Ваше имя, мадам?

Девушка закусила губу. Конечно, имя ее отца помогло бы ей избежать неприятностей здесь, но если родитель все узнает, то придет в ярость и, возможно, отправит ее в монастырь в Оксфордшире (он уже не раз грозился это сделать, когда бывал ею недоволен). И отец больше никогда не станет с ней разговаривать, хотя и сейчас разговаривал крайне редко.

Констебль направился к Кэролайн.