Нет, это невыносимо. Жить с этим… Короче, надо мстить. Милке. Бросить ее он не может, это равносильно самоубийству, но рассчитаться все же может. Как ты, так и я… Север схватил листок бумаги, ручку и торопливо накорябал:

«Мила! Я не умер. Столетник разыграл спектакль с нашим расстрелом. Так что это я с тобой разговаривал, а не мой призрак. Но, девочка, ты напрасно поступила так, как поступила. Едва решив, что овдовела, сразу же кинулась на панель. Обрадовалась! Спасибо за такие поминки по мнимому покойнику! Теперь я буду знать, как ты себя поведешь, если меня действительно убьют. Приятно сознавать — только муж в могилу, жена — на блядки. Еще раз спасибо, девочка.

Сейчас ты спишь и ответить не можешь. Впрочем, я знаю, что ты ответила бы. Мне это неинтересно. Я лучше тоже пока пойду развлекусь. Оттянусь: все же, считай, из могилы вылез, надо отдохнуть. Найду себе бабу, трахну ее — кайф! Тебе можно, так почему мне нельзя? Ведь необходима психологическая разгрузка, правда? Я тоже не железный, как и ты.

Если мы сможем после всего этого восстановить наши отношения, что ж… Но я хочу заставить тебя испытать ту боль, которую сам чувствую сейчас! Попробуй на собственной шкуре! Прощения не прошу.

Север».

Он зло швырнул записку на стол, прижал стаканом. Проснувшись, Мила сразу ее обнаружит. А мы пока поищем самку для случки…

Север перебрал в уме все возможные варианты. Проститутки? Ну их к черту с их фальшью! Да и о Милке слишком будут напоминать. Пойти просто снять девку? Найти можно без проблем, сейчас с денежным кавалером ляжет каждая вторая — демократическое воспитание… Нет, противно. Еще придется разыгрывать если не страсть, то по крайней мере увлеченность, а это сейчас невмоготу… Ага, нашел! Машка Лизунова! То, что надо! Красивая, одинокая, явно сексуально озабоченная… И не девчонка сопливая — знает, чего хочет. Идеальный вариант!

Север набрал номер, запавший в голову еще с тех пор, когда он пытался проконсультироваться по поводу болезни Милы.

— Алло?

— Мария? — спросил Север. — Здравствуй, Маша! Не узнаешь?

— Север! — радостно охнула женщина. — Ну как же не узнаю? Узнала, узнала! Тебе Олега? Так он на работе… С вечера не приходил и сегодня не придет. Звони туда.

— Мне не Олега, мне тебя. Помнишь, ты обещала дать… — Север сделал игривую паузу, — консультацию?

— Дать? — усмехнулась Мария, все поняв. — Консультацию? Долго ж ты тянул! Но консультация — святое дело. Приезжай вечером. Если заявится Олег, я его выпровожу.

— Не, мне надо не вечером, а сейчас. Именно сейчас.

— Вот так прям приспичило? — рассмеялась Мария.

— Не могу забыть ваших прекрасных глаз, маркиза! — отрезал Север жестко. — Только такие глаза могут гарантировать мне квалифицированную медицинскую помощь! Так что или давай сейчас, или я поищу другую… специалистку.

— Что ж… — притворно вздохнула Лизунова. — Перед таким напором трудно устоять. Я, правда, собиралась на работу, но сейчас позвоню, предупрежу, что меня сегодня не будет. Короче, приезжай, дам, — она опять усмехнулась, — консультацию. Но только ради тебя, Север. Другому бы не дала… столь поспешно.

Повесив трубку, Белов взял записку и приписал: «P.S. А бабу я себе уже нашел. Машку Лизунову. Если захочешь, потом поделюсь впечатлениями.

P.S.S. И все же я тебя люблю, Милка. Шлюха ты, шлюха. Зачем же ты так? Отведай теперь сама».

Пусть прочувствует, думал Север, пусть поймет, как это больно.