— Но я ведь…

— Естественно. Но есть такая порода людей, для которой нет больше счастья, чем сделать человеку гадость. А потом радоваться, глядя на его мучения. Их немного, но по закону подлости в нашей группе хоть одна с… сволочь найдется. Но я, собственно, не об этом. А о том, что пусть в будние дни будет будничный чай, а в выходные — хороший, праздничный, правильно заваренный в красивом чайнике.

Ответить Лиза не успела. Дверь распахнулась, и в комнату развязной походкой вошел парень. Хорошо, даже богато, одетый, с нагловатой улыбочкой на холёном лице.

— Привет, у вас, я чую, едой пахнет, — с порога заявил он и шагнул прямо к столу.

— Ты опоздал, все уже съедено. Так что свободен.

Ответ Олега был максимально холоден. Но парень, его слова начисто проигнорировал.

— О, вкусняшки лопаете! — обрадовался он, цапнул со стола пакет и завалился с ним на кровать. Выгреб горсть цукатов и запихнул их в рот.

— Убавь его вес, — шепнул Олег Лизе, — только незаметно.

— Готово, — ответила она несколько секунд спустя.

Тем временем парень прожевался и вновь запустил руку в пакет.

— Я Александр Орлов, — объявил он. — А вы кто?

Одним шагом Олег оказался возле кровати. Одной рукой забрал у нахала пакет с остатками сладостей, а другой ухватил за шиворот и вздернул вверх. Парень смешно забарахтался в воздухе, тщетно пытаясь достать стоящего за спиной обидчика.

Песцов донёс вторженца до дверей и, чуть размахнувшись, выбросил в коридор.

— Ой!

Лиза прижала к губам ладошку.

Радиус действия её конструкта был не слишком велик, и на коридор его не хватило. Так что в траекторию полета нахала вмешалась земная гравитация.

— Ну вы у меня попляшете, — прошипел Орлов, зажимая разбитый об пол нос.

— Что, папочке нажалуешься, курёнок? Если захочешь сатисфакции — по правилам гимназии, на полигоне, всегда к твоим услугам. Буду рад отправить тебя в лазарет на недельку-другую. И запомни: отныне вход в мою комнату для тебя под запретом, даже если это будет вопрос твоей жизни.

Олег в раздражении захлопнул дверь чуть более сильно, чем стоило.

— Вот же скотина! Поди, еще и благородным себя считает. Ворвался, нагрубил, нахамил, натоптал, всем настроение испортил…

Атмосфера вечера и впрямь была непоправимо разрушена.

— Я, пожалуй, пойду к себе, — сказала Лиза после неловкой паузы.

— Ну что ж, иди. Только будь осторожна. От этой скотины всего можно ожидать. И, на всякий случай, запрись на ночь. А если мне что-то будет нужно, я тебе позвоню. Да, ты ведь мне свой телефон не дала! Надо исправить это упущение. Тем более, имеется такой железобетонный повод.

У себя в комнате Лиза Филькина вздохнула. С Олегом она была согласна на все сто процентов. Если бы не этот Орлов, она бы с большим удовольствием еще часок посидела в комнате у Олега. С ним было интересно, с ним было весело. И, наверное, она не отказалась бы еще разок пропутешествовать у него на руках к себе в комнату.

От этих мыслей девушка густо покраснела. И вновь, как и утром, сладко потянуло внизу живота. И сердце в груди забилось сильней, чаще. Интересно, утром Олег позовёт её завтракать?

Олег сидел за столом в отвратительном настроении. Он не любил таких людей, самодовольных и наглых, привыкших ко вседозволенности. Наверняка сынок какой-нибудь шишки. Ну да ничего, он тоже не абы кто, а дворянин, глава древнего рода Песцовых. И заставит этого засранца уважать себя.

Взгляд его упал на пакет с остатками сластей. Доедать их после того, как Орлов покопался в них своими немытыми лапами, было противно.