- Валентин Михайлович, можно еще немного минералки?

- Разумеется, Олег Иванович.

Оленев, словно и не было размолвки, улыбнулся и долил напитка.

- Но мы уже подъезжаем, - добавил он. - Еще пара минут, и будем на месте.

Заимка Оленевых – это был довольно большой кусок земли, обнесенный серьезной оградой, замаскированной под частокол. КПП, охрана – всё на уровне. Возможно, что и подходы минированы, и подземные убежища имеются. Этакая небольшая крепость, где при случае можно и небольшую войнушку пересидеть.

Лимузин подрулил к двухэтажному терему из цилиндрованных брёвен. Резные наличники, узорчатые подзоры, высокое крыльцо… почти как у песца там, в эфире. Хотя нет, у Предка, пожалуй, побогаче будет.

Появились слуги, открылась дверь машины. Олег оставил полупустой стакан в гнезде подлокотника и следом за Оленевым вышел наружу. Встал, потянулся, разминая затекшее в дороге тело, оглянулся кругом, оценивая пейзаж, и глубоко вдохнул.

Воздух здесь и впрямь был неплохим. Против питерского – во сто крат вкусней. Правда, в поместье под Воронежем ничуть не хуже. Лес здесь хорош, и снег белый – тут тоже всё по-честному. Но чутье говорит, его собираются разводить, что тех кроликов. Что ж, поглядим, как у ГлавОленя это выйдет.

Оленев-младший, внимательно наблюдавший за гостем, тут же встрял:

- Да, здесь у нас действительно хорошо. Это одно из любимых мест отдыха семьи.

- Неудивительно, - кивнул Песцов, решивший до поры спрятать раздражение и подозрительность под маской благодушия. – Выглядит уютно.

- Олег Иванович, не желаете перекусить? – предложил Валентин. – тем временем, и отец подъедет.

- Пожалуй, - согласился Олег и следом за хозяином прошел в дом.

Стол в малой гостиной уже был накрыт. Ничего особенного, но всё очень аппетитно: и внешний вид, и запах. Копченое мясо разного вида, мягкий свежий хлеб, тонко нарезанный сыр, красная икра, самовар с кипятком и огромный заварник под купеческой куклой. Посуда тоже стилизована под простонародное: расписные деревянные блюда и чаши, деревянные же ложки, ножи с виду столовые, но с берестяными рукоятями. Этакий лубок. Но имитация добротная, сделанная на совесть.

Олег налил в чашку чаю, добавил сахару и лимону, отхлебнул, блаженно прижмурился: чай был хорош. А с бутербродами, да со всякими деликатесами и вовсе пошел на ура. Так, за степенной трапезой, за пустопорожней застольной беседой прошло полчаса. Где-то хлопнула дверь, и дом заполнился голосами. Спустя минуту в комнату заглянул и сам глава рода.

Песцов поднялся ему навстречу.

- Доброе утро, Михаил Юрьевич.

- Доброе, доброе, Олег Иванович.

Оленев был оживлен и весел. Как говорится, на позитиве.

- Как вам наш медвежий угол? Как дары леса? Всё, что сейчас на столе, из наших лесов и рек. А кое-что я и сам добыл.

- Богато, богато, - одобрительно отозвался Песцов. – И на вкус просто изумительно.

- То-то же. Я сейчас приказы раздам и перейдем с вами к основной части нашей встречи. А вас пока что племянницы мои развлекут.

И прежде, чем Олег успел что-то сказать, Оленев стремительно вышел из гостиной, жестом поманив с собой Валентина Михайловича. Не успела закрыться дверь, как в комнату впорхнули две девушки. На вид – примерно старший класс гимназии, то есть, ровесницы телу. Обе незнакомые. Одна представилась Федорой, другая – Евдокией.

Племянницы щебетали о чем-то столь далёком от мужского понимания, что Олег потерял нить беседы уже на второй минуте и замолчал. Оказалось, что это ничуть не помешало девушкам продолжить свой разговор на двоих. Казалось, выйди он, они даже не заметят и продолжат трещать дальше. При этом барышни успевали активно чаевничать, налегая на, казалось бы, калорийные продукты.

От нечего делать, Песцов принялся разглядывать девиц.