|
Спустя еще полгода, после марша солидарности, организованного работниками «Лип» вместе с коллективами других предприятий, было принято компромиссное решение – некий независимый предприниматель предложил выкупить завод и трудоустроить весь оставшийся за бортом коллектив. Полиция освободила завод от своего присутствия, рабочие вернули спрятанные товары, производство возобновилось еще на пару лет – предприятие все равно оказалось убыточным. Новый собственник был вынужден принять решение о ликвидации фирмы. Рабочие повторно захватили завод. Поскольку рынок был перенасыщен часовой продукцией от «Лип», они пытались расширить производство с использованием доступных им новейших электронных технологий. Попытка производства альтернативных товаров провалилась – рынок просто не воспринял медицинские приборы под торговой маркой часового завода. Тогда после полутора лет экспериментов было решено вернуться к производству часов, на этот раз путем образования рабочего кооператива. Этот кооператив создал несколько побочных артелей, швейную бригаду, гончарную мастерскую, открыл собственную столовую, СТО, парикмахерскую, детский сад. С тех пор «Лип» остается образцом рабочего самоуправления. Завод перекупали несколько раз, он выжил и сейчас, при новом владельце, продает по миллиону часов в год. В следующий вторник они обсуждали опыт самоуправления на заводе «Лип» и собственные перспективы. Если получилось у французских часовщиков, то можно было представить себе, что чеховской группе удалось бы наворотить с продажами нефти и газа! По самым оптимистичным оценкам Данилы, сейчас им не хватало примерно дюжины человек. Альберт предположил, что проще всего будет набрать их из десяти тысяч рабочих, занятых на строительстве пятой «нитки», у которых были временные контракты до конца строительного проекта и ожидалось их сокращение, но Данила отмел такую возможность. Во-первых, этому мешал элементарный языковой барьер – большинство этих рабочих были вывезены из самых разных уголков мира – от Палестины до Бангладеш. Объяснялось это весьма просто: расходы на рабочую силу для капитального строительства относились к категории возмещаемых затрат, за которые Россия оставалась должна консорциуму из своей доли нефти. Во-вторых, работники, требовавшиеся для контроля над узловыми точками технологического процесса, должны были обладать достаточной квалификацией или стажем, ну или хотя бы определенным уровнем знаний по физике и другим естественным наукам. Данила был убежден, что отбирать людей надо было не абы как, и пусть на это уйдут месяцы, но после правильного отбора захват предприятия можно будет осуществить за сутки, а его успешную эксплуатацию – гарантировать на годы вперед.
Как раз в этот момент позвонил Михась, дежуривший на месторождении. «Врубайте телевизор! – орал он в трубку. – Здесь происходит черт знает что. Палестинцы вышли на стройплощадку с флагами, запускают фейерверки и петарды, пляшут. Охрана не знает, что делать, вызвала ментов». Альберт включил телевизор – по всем каналам крутили кадры воздушной атаки на небоскребы Нью-Йорка. В тот вторник они засиделись за полночь, обсуждая события и теряясь в догадках, как и весь остальной мир. Судя по сообщениям Михася, эти атаки уже влияли и на местную жизнь. Что будет дальше, и как теперь быть? Альберт предложил чеховской группе сформулировать свою собственную позицию по этому происшествию, и все с жаром принялись обсуждать детали происходящего. По итогам был составлен небольшой текст коллективного заявления, который Альберт распечатал на русском и английском языках, размножил и принес на общее собрание вечером в среду. Смена Михася уже закончилась, поэтому ему не было известно, что происходит в стройгородке. Ходили слухи, что палестинцев вроде бы вызывают на допросы в ФСБ и собираются депортировать. Когда текст листовки приняли, Альберт предложил устроить что-то вроде городского квеста. |
