— Я знаю Ди. Иди за завтраком и римского вина принеси, пожалуйста, а то пить местную гадость нет желания.

Служанка робко улыбнулась и вышла из комнаты.

— Прости, я готова сопровождать тебя, — тихо пискнула Зиоса, боясь поднять глаза.

— Если не хочешь, можешь не ходить. Только подумай о том, что ты будешь вспоминать спустя двадцать, тридцать лет? Как трусливо пряталась по углам? Или то, как ты дышала полной грудью и радовалась каждому дню? — произнесла Лина, не поворачивая головы. — Хорошо подумай. Я умирала два раза и знаю, о чём говорю, знаю как дорога жизнь, и насколько тяжело, когда остаёшься одна.

Зиоса испуганно охнула, но ничего говорить не стала, а лишь с суеверным ужасом посмотрела на жену царя.

Спустя двадцать минут вернулась Дианта с завтраком, а вслед за ней вошёл Левк, на лице которого была смесь радости и настороженности.

— Лина, ты как?

— Жива. Мы в театр собрались, пойдёшь с нами?

— Я лучше с Зи останусь, — тут же ответил он и посмотрел на девушку.

— Но я тоже хотела пойти с Линой и Диантой, — поспешила сказать Зиоса.

— Да? Здорово! Я тогда с вами, — заулыбался Левк и обнял Зиосу. — А вы тут завтракаете?

— Угу, присоединяйся, — кивнула Лина, расковыривая свои любимые мидии, и с умилением смотря на молодого генерала и девушку, они были невероятно симпатичными и хорошо смотрелись рядом.

— Не хочу. Ты лучше скажи что случилось? Я видел твой хитон… там вся спина изорвана, как будто когтями.

— Ну скажем так — у меня прибавилось шрамов.

— И всё? Больше ты ничего не скажешь?

— Левк, есть вещи, которые знать не следует, — очень строго сказала Лина и мужчина грустно вздохнул.

В городе говорили, что Максимилиан вынес мёртвое тело жены из пещеры под Акрополем, что и сам царь был серьёзно ранен. Да он и без этих слухов видел, что ноги Максимилиана были все в глубоких порезах, но Лина… Кроме её болезненного состояния ничто не говорило о том, что она пострадала.

— Ди, а почему ты работаешь служанкой? — вдруг спросила Лина. — Раньше понятно, платить за университет надо было, и как-то жить, но сейчас же у тебя муж генерал.

— Что за вопросы, Лина? — возмутилась девушка. — Мне нравится моя работа, и как ты тут без меня будешь обходиться? Ты ведь даже хитон надевать не умеешь. Хотя уже пора бы научиться.

— Это да… без тебя я пропаду. Но это же получается ты благородная дама, а работаешь служанкой.

— Не простой служанкой, а у тебя и с хорошим жалованием.

— Никогда не поверю, что ты тут из-за денег, — засмеялась Лина и обняла подругу. Единственную подругу, которая осталась в этом мире. В обоих мирах.

Вечером, когда девушки уже вернулись из театра, Зиоса уединилась с Левком, а Дианта вернулась домой, Лина пошла в комнаты принцессы.

Солнце пока ещё не село, но прохладный ветер, бесцеремонно гулявший по пустым коридорам и заглядывавший в каждый уголок, говорил, что ночь обещает быть прохладной.

Лина молча зашла в спальню Алкмены, которая была чисто убрана и уже ничто не говорила о трагедии, которая случилась здесь совсем недавно, провела рукой по гладкому, отполированному до блеска камню большого стола, стоявшего у стены, на котором принцесса раскладывала свои украшения, пренебрегая шкатулками. Деревянным шезлонгам, сидя в которых подруги часами разговаривали обо всё на свете. Подошла к огромной кровати, в которой принцесса казалась особенно маленькой и хрупкой и опустилась перед ней на колени, тихо заплакав.