– Разве это плохо – когда жена нравится мужу? – Арсаман усмехнулся.

– Чего ты в ней нашел? Длинная, тощая, глаза как у волчицы!

– Ай-ай! – Арсаман насмешливо покачал головой. – Не надо тревожиться, дорогая сестра, ты еще много лет будешь оставаться самой красивой женщиной этой земли! Что тебе до красоты каких-то юных ланей!

– В волчьей шкуре!

– Не беспокойся, я сумею сделать волчицу послушной и нежной, как лань. В Итиле меня ждут уже три жены, я имею богатый опыт.

Замила помолчала. Рассуждения Арсамана выглядели убедительными, но ее природная недоверчивость не позволяла так сразу с ним согласиться.

– Все это хорошо, – сказала она наконец. – Но только если Лютомер умрет! А пока он жив, от этой женитьбы никому из нас нет толка! Брат всегда остается для женщины ближе, чем муж. Даже дядя по матери у них считается более близким родственником, чем отец, потому что материнский род священ для каждого! А оборотень вовсе не собирается умирать!

– Одно связано с другим. Помоги мне получить ее в жены, и я помогу оборотню умереть.

– Каким образом? Его не берет даже колдовство. Он почти не ходит один, вокруг него всегда его люди.

– Я не собираюсь кидаться на него с саблей, если ты подумала об этом. Зачем пачкать руки? Для молодого отважного воина в мире и без того хватает возможностей погибнуть с честью.

– О чем ты говоришь? – Замила вышла из терпения. – Расскажи мне все, что ты задумал, или я не стану тебе помогать!

– Теперь, когда малые племена кривичей больше не желают платить дань смоленскому князю, они могут перессориться между собой. Разве твой муж не собирался захватить земли по Болве и Десне? А тот бек, который правит там, тоже может пожелать захватить Угру. Начнется война. И тогда туда устремятся храбрейшие воины угрян, возглавляемые, разумеется, Лютомером, сыном Вершин-бека. А на войне его ведь могут убить. Таким образом, твой сын избавится от самого сильного из соперников. Сам же он останется невредим, потому что никто ведь не знает, где он, и никто его не пошлет в жестокий бой.

– Там его могут убить! Там может начаться война! – ответила Замила, которая уловила самое главное не так плохо, как можно было ожидать. – Но почему же она там начнется? Ты что-то об этом знаешь?

– Не более чем любой человек в этом городе. Но я, в отличие от других, не собираюсь просто ждать. Я уже рассказал всем здешним бекам и тарханам, что хочу поехать на юг и поискать путь в Византию. Никто не удивится, если я действительно туда уеду. И даже сам Вершина-бек согласится, что искать для него союза с беком дешнян мне гораздо удобнее будет, став его родичем и зятем.

– Союза? – Княгиня высоко подняла свои красивые брови.

– О Аллах! – Арсаман был терпеливым человеком, но непонятливость этой женщины начала выводить его из терпения.

Как ни странно, это краткое восклицание все ей объяснило. Не задавая новых вопросов, Замила некоторое время думала. А потом сказала:

– Но как я могу быть уверена, дорогой брат, посланный мне Аллахом, что ты не обманешь меня?

– Потому что именно с тобой, дорогая сестра, и с твоим сыном для меня связаны единственные надежды на благополучие в этой суровой стране. Ведь неизвестно, сумею ли я когда-нибудь вернуться в Итиль, найти там нетронутым мое имущество, мой дом целым, а моих жен – живыми.