— Полчасика? Всего-то? — «Дорогой» приосанился.

— Вообще-то ты обещал, дорогой, что эту новогоднюю ночь мы будем только вдвоем. А ты уже такой пьяненький. — И ласково потрепала его по щеке.

«Дорогой» разнежился и потерся об ее руку.

— А я ничего не забыл. Я тебе приготовил сюрприз.

— Какой?

— Пошли в номер, увидишь. — Он подмигнул и, с видимым трудом преодолевая земное притяжение, поднялся.

Она тоже встала. Окружающие понимающе заулыбались.

— До встречи в Новом году, босс, — лукаво произнес кто-то.

— Тебе обязательно нужна показуха? — хмыкнула она, когда они уже вышли из зала.

— Ну что ты все преувеличиваешь, киса? Имею я право на личную жизнь?

— Ты мой сладкий! У меня тоже сюрприз для тебя!

Глава 21,

в которой Рей вернулся в зал

И обнаружил отсутствие сладкой парочки. Не дожидаясь лифта, Рей кинулся вверх по лестнице.

Дверь 608 номера оказалась запертой изнутри. Рей насторожился и услышал звуки музыки. Значит, «объект» с брюнеткой уже здесь. А где тогда бесчувственный похититель смокинга? Неужели они развлекаются втроем?

Раздумывая о превратностях сегодняшнего дня, Рей вернулся к лифту по абсолютно пустому коридору и спустился вниз вместе с какой-то шумной компанией. В фойе Цезарь все так же сосредоточенно занимался переходом итальянской реки, чем в некоторой степени Рея успокоил.

В зале ресторана оркестр играл блюз, публика танцевала. Потом оркестр замолчал, публика пошла к своим столикам, а на сцену снова повыскакивали представители местного табора.

А не навестить ли мне родственниц? — подумал Рей и уже знакомым путем направился за кулисы, снова удивившись пустоте, нахлынувшей на него после многолюдья ресторана. Вдруг из-за угла вылетела шкафная девочка, такая же красная, как ее одежда, и с криком: «Дяденька сыщик!» — чуть не сбила его с ног. Схватила Рея за рукав и возбужденно потащила за собой, бестолково объясняя, что ее тетке грозят неминуемые беды.

— Этот кабан тетку Фелис в заложники! С пушкой!

— Кто с пушкой?

— Ну мордатый, он еще на сцене денег кидал, а сейчас там, такой, с пушкой!

Рей с трудом понял, что обладатель множества колец, восхищавшийся игрой скрипачки, во время перерыва, когда в зале начались танцы, а артистки шоу отдыхали в гримерке, заявился к ним и со слезами на глазах стал умолять тетку «слабать ту, со слезой». Потом танцовщиц вызвали на сцену, а кабан не выпустил тетку из номера, вытащил оружие и приказал ей играть. Перепуганная тетя Фелис послушно заиграла, а племянница кинулась за помощью и на свое счастье встретила дяденьку-сыщика.

Из женской гримерки слышалась скрипка и какие-то стоны. Рей осторожно заглянул в неплотно прикрытую дверь.

Абсолютно зеленая от страха тетя девочки играла на скрипке, а на гримерном столике, раскинув ноги, сидел мордатый властелин колец и, заливаясь слезами, в такт размахивал пистолетом…

— Ты бы лучше не смотрела. — Рей почувствовал, как девчонка из-под его руки тоже заглядывает внутрь.

— Что я, пушек никогда? — фыркнула она.

Внезапно Фелис перестала играть; мордатый прицелился, заорал:

— Лабай, стерва! — добавив непечатного текста, и погрозил пистолетом кому-то невидимому, кто еще был в гримерке.

Она снова заиграла, а эстет, опустив оружие, вновь вдохновенно зарыдал.

— Беги, девочка, вызывай «скорую», похоже, у клиента начинается делириум тременс, — прошептал Рей.

— Чего?

— Белая горячка.