Олег отпустил косу, развернулся и направился к клубу, туда, где напарник Пал Егорыча бинтовал тому плечо, используя в качестве перевязочного материала свою майку.

– Обо всем подумали, а о бинтах нет, – сказал Олег, подходя к ним.

– Оно всегда так бывает, малой, – отозвался Пал Егорыч. – Все не предусмотришь. Да там ничего серьезного и нет. Кожа вспорота, кровянка течет, но мышцы, чую, целы. Внутри-то всех положили?

– Тишина вроде, – прислушался Олег, а после поднял зонт и вложил в него клинок. – Значит, всех.

– Это хорошо, – улыбнулся ветеран и прикрыл глаза.

– Хорошо, – повторил за ним Ровнин и уселся на лестничную ступеньку. – Наверное.

Эпилог

Новость о случившемся стремительно облетела всю Москву. Нет, конечно, мигом тишь и гладь в столице не настали, но вектор слухов и сплетен про отдел из раздела «да что они могут» мигом стал смещаться в сторону «да ну на фиг с ними связываться». Если в клубе Ростогцева все прошло относительно тихо и быстро, то у Рашида вышла форменная бойня, которую после еще долго обсуждала ночная Москва. Славян не успокоился на том, что его группа перебила полсотни вурдалаков, а сам он лично прикончил главу семьи. Нет, он после еще и здание подпалил.

Собственно, это и был тот результат, ради которого все затевалось. И даже то, что после Морозову крепко прилетело от генерала, с которым он договаривался о прикрытии операции, никого, включая самого Александра Анатольевича, не расстроило.

Что до гостей столицы – уже через несколько дней они начали потихоньку разъезжаться по домам. На следующий, что скрывать, вряд ли бы кто-то куда-то поехал, ибо и билеты еще не куплены были, и успешный итог операции отмечался широко, то есть с огромным количеством алкоголя и шашлыками. Все-таки не каждый день в городе прекращают свое существование сразу три вурдалачьи семьи, причем так, что при этом не гибнет ни один оперативник. Совсем чисто сработать не удалось: кроме Пал Егорыча, когти и клыки прошлись еще по нескольким бойцам, но это была малая плата за удачу. Да и тот факт, что из трех глав понес заслуженную кару только один, Рашид, не сильно работников отдела расстроил, поскольку и Ленц, и Ростогцев, и главы других семей в Москву теперь еще долго нос не сунут, опасаясь, что сезон охоты не закрыт. Это было предельно ясно всем.

Детальный разговор с Морозовым относительно князя у Олега не случился, он просто упомянул о том, что Ростогцев отбыл накануне в Лондон. Но при этом Ровнин был уверен, что начальник отдела сделал для него ровно то же самое, что он сам для Ленца, тем более что Саша относительно отсутствия в клубе Арвида разговор вообще не заводил. И это знание сняло с его души прописавшийся было там камень. Одно дело, когда только ты что-то вроде и правильное, но при этом все же предосудительное сотворил, и совсем другое – когда кто-то еще поступил так же. Тем более если это твой друг и начальник.

Метельские отбыли ближе к следующим выходным. За это время Ровнин сводил Светку в зоопарк, цирк и музей милиции, причем последний ее заинтересовал больше всего. Хотя и бегемот, конечно, ей тоже понравился, что скрывать.