Кожа Могры горела, глаза кололи невидимые иглы. Она сплюнула и заметила, что язык словно обожжён.

Хен вздрогнул:

— Что-то ужалило меня!

Дождь становился сильнее, и женщина внезапно поняла, что несло раздражение.

— Ливень! — закричала она. — Жалящий ливень!

Хен не спорил с Могрой, он лишь крепче схватил её за руку и потащил к дому, но чем быстрее они бежали, тем плотней становился поток режущей воды. Каждая частица тела женщины теперь ощущала боль, тысячи огненных угольков буравили кожу.

Показался дом, но тут резкий порыв ветра подхватил Могру и бросил вперёд, вырвав из рук кузнеца. Хен выругался, попытавшись догнать её, но, поскользнувшись, упал в грязную лужу. Женщина кинулась обратно, но он отрицательно затряс головой.

— Беги, хозяйка! Я не пропаду! Выбирайся из этого демонского… — Хен, выпучив глаза, уставился на свои руки, из-под которых повалил дым.

— Хен! Что слу…

Кузнец с рёвом попытался подняться, но руки бессильно разъезжались в огненной грязи. Могра чувствовала, как её тело наполняет непереносимая боль, вонь палёного меха лезла в ноздри.

— Беги! — Вокруг кузнеца все сильней валил дым, он махнул обугленной рукой. — Я догоню! Спеши к сыну!

Страх за Дорна заставил Могру рвануться к дому, забыв обо всём. «Что если он заигрался и не успел спрятаться под крышу до наступления ужасного дождя?» — в ужасе подумала она.

Вокруг все, на что падала влага, дымилось и чернело. Вода не тушила огонь, она будто размазывала его всюду, тяжёлый запах гари забивал лёгкие. Внезапно вспыхнул и с треском загорелся сухой кустарник неподалёку, ещё мгновение, и занялись кусты вдоль изгороди.

Дым ел глаза, Могра щурилась и готова была поклясться, что даже скалы переливались огненными ручейками. Огонь прорывался везде, занялась корзина с рыбой, которую она так и не бросила, а теперь отшвырнула подальше. Мех тлел, тело непереносимо болело.

Хижина была уже в двух шагах, когда на Могре загорелся плащ. Рванув завязки, женщина отшвырнула тяжёлую тряпку и опрометью бросилась в приоткрытую дверь.

— Могра! — испуганно вскрикнула одна из её соседок. — Что происходит?

— Закройте дверь! — закричала она. — Быстрее! Обе женщины кинулись к дверям одновременно, когда дикие крики со стороны колонии донеслись до них. Заставив себя встать, Могра, прихрамывая, добралась до окна — и замерла от ужаса.

Вся колония была охвачена огнём. Горели дома, доки, склады, магазины, посевы…

— Мы должны помочь им! — пробормотала одна из женщин.

— Нет! — проревела Могра. — На улице огненный дождь! Он усиливается, а значит, огонь тоже будет сильнее!

— Огненный дождь? Как такое может быть?

— Посмотри на меня! — Могра повернулась к ней опалённым мехом. — Посмотри на… — Тут она вспомнила, что Хен так и остался снаружи.

Могра глянула на дорогу, по которой прибежала, и увидела вокруг лишь огонь, пожирающий камни и деревья.

— Хен… — пробормотала она, понимая, что произошло с верным кузнецом.

Тонкая струйка дыма вползла к ним. «Похоже, начала тлеть крыша дома. Какое счастье, что дождь сначала собрался над центром колонии», — подумала Могра и рванулась к сыну, который встревожено смотрел на мать, сидя на краю кровати. Мать схватила его в охапку и отнесла в глубь комнаты.

Пламя жадно пожирало дом. Не успела она повернуться, как рухнула прихожая, погребя под собой соседок, так и простоявших у дверей, потолок заскрипел и прогнулся. Бросившись с сыном в угол, Могра видела, как стремительно смыкается вокруг неё огненный круг, даже посуда и железная утварь вспыхивали при касании магической жидкости.